Падальщик

— Из деликатности?
Его пальцы очень осторожно приподнимают её подбородок, заглядывают в глаза и… Олеся начинает стремительно краснеть…
— Естественно. Жаль, конечно, праздника… Но, думаю, нам пора расставить всё по своим местам…
Жаркая волна окатывает молодую женщину с головы до пят. На щеках появляется румянец, неожиданно начинает ныть низ живота и грудь…
— Ох…
Вспыхивает неожиданно портал, и Олеся видит, как уходящая в него Иринка машет рукой им на прощание. Обе собаки торопливо вскакивают в своём углу и огромными прыжками скрываются из подземелья вместе с дочерью. А потом ощущает себя в воздухе, поднятая могучими руками… Прячет голову и счастливую улыбку у него на груди… А её мужчина несёт свою женщину на руках, словно пёрышко…
…В безоблачное чистое небо, усеянное крупными звёздами, взлетела небольшая ракета. С гулом грохнула, рассыпаясь дождём искр. Расцвечивая всё вокруг разноцветными огнями. Следом другая, третья. Дико взвыл запущенный кем-то СХТ. На шутника зашикали, заворчали. Но успокоились. А потом… Где-то далеко послышался гул, потом небо вспыхнуло белым сиянием, стало светло, словно днём. Кто-то из горожан открыл рот от изумления — в небесах виднелись чёткие каллиграфические буквы, понятные всем и каждому. «Вождь вернулся!!!» И радостный могучий крик потряс облака…
…— Ты… Боишься?
— Да… Мне страшно, что и ты погибнешь. Как те, кто…
Михаил промолчал, но Олеся поняла, что он говорил о своих предыдущих женщинах. Каждая из двоих оставила свои шрамы на его сердце. Молодая женщина отвернулась на мгновение, потом вновь прижалась мягкой грудью к его спине.
— Ну и пусть. Главное, что я уже твоя. А там — будь что будет.
— Но…
Мягкий палец коснулся его губ, а потом мужчина почувствовал, как её волосы коснулись его кожи.
— Мне всё равно. Я с тобой. Ты — со мной. Что ещё нужно для счастья женщине? В конце концов, всё закончилось. Теперь будет мир. Все станут жить счастливо…
— Всё закончилось?
Эхом откликнулся Михаил и горько усмехнулся:
— Только начинается…
— Значит…
— Род человеческий отравлен. И жадность, злоба, зависть расцвели пышными цветами в душах людей. Нам не раз ещё придётся составлять Кольцо Силы, чтобы покарать тех, кто не смог побороть эту болезнь змеелюдов… И… Леся, я ведь не человек. В полном смысле этого слова. У нас с тобой не будет детей…
— Не будет?!
Женщина вздрогнула, но справилась с собой:
— У меня есть дочь, которая зовёт тебя папой. У тебя — сын. И, надеюсь, Ратибор станет звать меня мамой… Ты хочешь общего ребёнка? Но… Ведь ты же только что… Почему у нас не может быть детей? И что значит, что ты — не человек?! А кто?!
— Арий. Уже навсегда — арий…
…Он рассказывал ей, в чём разница между ей и им. Между людьми и его племенем, и Олеся мрачнела. Наконец рассказ подошёл к концу…
— Значит, я умру, если забеременею?
Мужчина вдруг развернулся к ней, крепко прижал к себе, выдохнул жарко в ухо:
— Не смей, слышишь? Не смей даже говорить об этом! Надежда есть всегда, и у нас с тобой тоже! Со временем всё исправится. Поверь. И дети у нас с тобой тоже будут. Обещаю, милая…
Женщина устроилась поудобнее. Его объятия чем-то напомнили ей большую, уютную колыбель. Счастливо вздохнула, положив голову ему на грудь, обняла… Он — её жизнь. И теперь она готова на всё. Даже на смерть…

Город праздновал. С размахом, от души, с настоящим, искренним весельем. Катались с ледяных горок, водили хороводы, пели песни, жгли чучело, ели блины. Настоящий праздник для северян — проводы зимы. День, как по заказу, выдался тёплый и солнечный, даже ветер был слабым, хотя обычно в заливе пробирал насквозь. Николай ласково прижал к себе одной рукой жену, второй чуть качнул коляску, в которой лежал ребёнок. Счастливо улыбнулся. Они выжили. В очередной раз. Позади самые трудные и страшные годы, когда ложась спать, не знал, проснёшься ли. Нашествие змеелюдов. Перерождение. Познание Истины. И — Великое Обновление…
Планета оживала. Пусть рушились старые города-муравейники, набитые людьми, словно сельди в бочке. Крошился асфальт, исчертивший поверхность полей и лесов, ржавели провода и металлические конструкции, но… Это не страшно. Ничуть. Построим новые. Свои. Когда придёт время. Главное — что народ сыт, здоров, чист душой и сердцем. С Новой Земли идут продукты и товары для обмена. Храм очищает Землю от последствий господства нагов. Стирает их духовную отраву. Пусть медленно, зато надёжно и верно. Рождаются дети. Передаются знания новому поколению. А оно — удивительно. Мальчишки и девчонки быстро