Падальщик

— Десять тонн гарантированно возьму. Можно и больше, но тогда, если что — не уйти.
Пёс, сидевший возле ног Михаила, коротко гавкнул, словно подтверждая сказанное хозяином, и горожанин успокоился окончательно.
— Ладно. Ты что везёшь?
— Всякую ерунду. Но в основном — рыбу красную и белую, немного мехов, жемчуг…
— Откуда?!
— Что? — не понял вначале островитянин, потом сообразил. — Да его в реке полно. Просто места знать надо. И как добывать.
— Ничего себе…
— Ладно. Можешь меня начинать загружать. Много места не дам, но треть прицепа — твоя.
— А человека с собой возьмёшь моего?
— Твоего?
На мгновение задумался, потом отрицательно качнул головой:
— Извини, но я уж лучше сам. Вот осенью поеду — тогда можно. А сейчас, прости — лучше уж одной головой рисковать, чем двумя. Да и не знаю я его… Так что пока один съезжу, разузнаю, вернусь, расскажу.
Снова острый взгляд в ответ, но отшельник прав — если он собирается делать ещё рейс, а по виду понятно, что если вернётся, то опять точно поедет. Тогда действительно лучше погодить и не рисковать людьми. Их и так немного. Но Михаил как-то изменился. И внешне, и, самое главное — внутренне. Не такой, какой был месяц назад. Что-то с ним произошло. Спросить? Пожалуй, не стоит… И произнёс совсем другие слова:
— У девчонок твоих никаких последствий. Так что можешь спать спокойно.
— Да?
Холодный односложный ответ, хотя люди Николая уже приступили к загрузке машины. Таскают ящики, с натугой затаскивают тяжёлые деревянные бочки в два яруса. Мужчины подошли к металлическому борту полуприцепа, и горожанин присвистнул от удивления, когда увидел, из чего сделана обшивка:
— Ничего себе… Сколько толщина?
— Десять миллиметров. А внутри — второй слой. Разнёс на пять миллиметров такую же.
— Не тяжело?
— Потому и лимит веса.
— А оружие?
— Само собой. Два крупнокалиберных на двенадцать и семь. Обычный ПК. И сзади — КПВТ

на подъёмной турели с приводом из кабины. В бортах — бойницы под личное оружие. Ну и ещё пара сюрпризов…
— А что повезёшь назад?
Михаил криво усмехнулся:
— У нас же Север… Фрукты, овощи. Может, что ещё интересное будет. Пока не знаю. Там видно будет.
— Правильно. Удачи тебе.
— Спасибо. Тебе тоже. Если всё нормально будет — вернусь через месяц.
— Удачи, — повторил горожанин.
Мужчины пожали друг другу руки, затем островитянин проверил запоры прицепа, влез в кабину, куда мгновением раньше запрыгнул его пёс. Взвизгнул стартёр, двигатель гулко фыркнул, выбрасывая облако сизого дыма, затем схватил, заработал ровно и устойчиво, и Николай подумал, что в парне пропадает талантливый механик. Мелькнула в окошке рука, затем вверх выползла стальная плита, закрывая проём. Медленно провернулись громадные рубчатые колёса, и автопоезд двинулся с места. А потом в ровный гул дизеля вплёлся новый звук, высокий и свистящий. «КрАЗ», словно обретший второе дыхание, резко прибавил ход, легко взбираясь на гору. На самой вершине дал гудок, мощный, звонкий. Звук словно прорезал воцарившуюся на годы после чумы тишину. Заставляя всех, кто слышал сигнал, поднимать головы, сбрасывать с себя безысходность и усталость, отчаяние и тревоги. Первый. Первый дальний поход за пределы полуострова. Кто-то смотрел с завистью, кто-то — со злобой. Но равнодушных не было. Это точно. Николай проводил взглядом исчезнувший за гребнем горы автопоезд, затем зашагал к рынку. Теперь оставалось только ждать, когда этот парень, живущий отшельником, вернётся. Либо — справить по нему заупокойную службу по осени, а весной начинать искать его остров с несметными сокровищами. Впрочем, сердце подсказывало старшине горожан, что Михаил вернётся. Живым и невредимым…
…Звонкий звук автомобильного гудка раздался в обед на двадцатый день после отъезда парня на Большую Землю. Николай оторвался от доски, которую обстругивал рубанком, не веря собственным ушам — неужели? Он бросился к выходу из мастерской, в которой работал, и обомлел — все, кто жил в городе, спешили на свистящий звук автомобильного дизеля, уверенно приближающийся к центру, где находился рынок. Всё ближе и ближе… Вот из-за дома показалась тупая морда тягача, обшитая железом и прикрытая дополнительно ножом от трактора. Мужчина насторожился — на блестящем металле ясно выделялись вмятины от пуль. Впрочем… Тем временем «КрАЗ» приблизился, снова посигналил — собравшаяся толпа расступилась, давая дорогу. Машина въехала на рынок, где охранники торопливо открыли проезд, растащив заграждения, дизель фыркнул последний раз, затем затих. Открылась