Падальщик

вскипевшую от осколков чугуна кашу. Трубы, проходящие там, изрешетило насквозь. А наверху вряд ли кто остался в живых. Что-то он милосерден стал… Потянуло кислым запахом сгоревшей взрывчатки, вскипевшей крови. Выполз наружу, вытащил из ушей затычки, заранее вставленные, перед тем как включил детонатор. Не будь их — оглох бы навсегда с гарантией… Выбрался наверх по иссечённому колодцу, осмотрелся… Да уж… Пятна крови на остатках стены. Потолка нет. В дыре — мельтешащие беспорядочно снежинки, отсвечивающие в пламени начинающего разгораться пожара… Кое-где слышны стоны. Ещё бы — всё здание рухнуло. Цех-то небольшой, и стена в полкирпича. Плюс дополнительные заряды вдоль стен помогли. А может, и не цех это был, а что-то вроде заводоуправления. Не его дело. Во всяком случае, станков здесь не было. Так, просто ряд бетонных возвышений в середине квадратного помещения… Осмотрелся по сторонам. Ничего не видно. Груды кирпича, какие-то доски, балки… Прикрыл глаза, проверяя всё вокруг внутренним зрением… Быстро остывающие на ворвавшемся внутрь морозе алые пятна. Это уже мертвецы. Им не выбраться из-под завалов. Хм… Ничего себе! Счастливчик нашёлся! Раньше о таком только в книжках про войну читал! Взрывной волной выбросило наружу, вот и уцелел! Потянул из ножен меч, зашагал прямо сквозь белую круговерть метели к бездумно ворочающемуся в снегу телу. Уже занёс над головой, готовясь разрубить мародёра-убийцу пополам, как остановился — больно хрупкий бандит попался… Женщина, что ли? Нагнулся, вздёрнул за воротник куртки, одетой на той… Абсолютно пустые глаза, без проблесков разума. Контузило её неслабо… Тонкая струйка крови, стекающая по виску из-под шапки коротких волос неопределённо грязного цвета…
— Ы-ы-ы…
Слабое мычание красивых губ, из уголка которых вытекает такая же струйка слюны и крови. Добить? Или… Проверить? А стоит ли? Ведь и так ясно, что его предвидение обман… Нагнулся, легко поднял хрупкое тело, которое ощущалось даже под толстым слоем одёжек, напяленных в тщетной попытке спастись от холода, взвалил без всякой натуги на плечо. Та не возражала. По-прежнему тихонько, почти беззвучно выла, ничего не видя вокруг зелёными глазищами наполовину лица… Сотня метров в сторону от быстро затухающего огня — чему гореть в кирпичной коробке? Метель яростно заносит следы человека. Вспыхивает окно портала. Шаг в сияющую радугу, почти мгновенный ввод координат острова, и Михаил вываливается из тут же погаснувшего прямоугольника в тамбуре своей шахты. Его ноша так и не пришла в себя. Пощупал, не снимая с плеча, пульс на шее — бьётся. Только медленно-медленно. Значит, совсем отключилась… Остановился возле комнаты, где раньше жила Ния. Толкнул дверь — всё убрано. Постель аккуратно, даже слишком аккуратно, застелена. Осторожно снял с плеча хрупкое тело, опустил на пол. Нечего пачкать постель. Пусть сначала отмоется… Тряпки переодеться найдёт в шкафу. Тут их полно… Вышел, провернул ключ в замке. Теперь можно и нужно отдохнуть. Все долги розданы. Все обязательства выполнены. Остаётся только ждать. Весны… Впрочем… Сосредоточился, вкладывая в голову лежащей без сознания добычи кое-какую информацию. На всякий случай… Вот теперь точно всё…
…Проснулся поздно. На часах, стоящих на тумбочке, зелёные цифры показывали почти два часа дня. Неудивительно. Он вчера так вымотался: активация портала, астральная привязка, создание метели на локальном участке, и — стирание памяти. Не всей, конечно, а так, нескольких моментов. Девчонка в смерти его знакомых не замешана. Прибилась к бандитам осенью, поскольку деваться ей некуда было. Убийство произошло до её появления в банде. Поэтому, убедившись в её невиновности во время ментального сканирования, не стал добивать, а забрал с собой… Оделся, побрился, умылся. Вышел в коридор, бесшумно ступая, подошёл к двери пленницы, прислушался — тихо. Жива? Жива. Аура показывает, что она пришла в себя. Сидит неподвижно. Ждёт. Того, что будет дальше. Вздохнул, как будто собирался броситься в воду. Протянул руку, повернул ключ в замке, толкнул тяжёлую створку, перешагнул порог… Всё верно. Застыла неподвижно на кровати, завернувшись в толстый махровый халат, держа воротник руками на груди. Мать честная, да она совсем доходяга. Худенькая какая… Щёки бледные, уже ввалившиеся от постоянного недоедания. Глаза… Действительно на удивление огромные, словно у киношного персонажа. А волосы… Словно солома… Коротко остриженные, но уже тщательно промытые. Вздрогнула при его появлении, ещё сильнее запахнула ворот на почти отсутствующей груди. Под толстой махровой тканью их и незаметно почти. Так, два крошечных бугорка…
— Добрый день. Как спалось?
— Как я тут оказалась? Где все?