Падальщик

на основных конечностях? По пять? Зрительных органов — два. Жевательных — один, и одновременно — деление на две составляющих, в свою очередь, разделённых на тридцать два нескольких видов… Хм… Куда я попал? Какой примитивный мир! А кто такой я? Что это за тело? Стоп. Определенно — это тело человека. Человек… Производная разумного, созданная для колонизации планет определённого типа. Использовалась как ариями, так и нагами… Почему так вскипела кровь, когда я вспомнил о змеелюдях?! Острая, даже слишком острая реакция. Словно они — враги… И что это за чёрный отпечаток, следующий за мной повсюду? Это не тень. Слишком явственно чувствуется энергетический след… След врага. Маска Нага? По составляющей — так и есть. Что же… Подтягиваем руку к груди, раскрываем ладонь, направляя её центр в определённую точку маски. Энергозапас? Маловат. Данное воплощение маломощно. Необходимо усилить силу. За счёт чего? Окружающей среды. Выхватываем потоки силы, струящиеся бесхозно вокруг. Сплетаем их в тонкую острую нить. Ещё раз, и ещё. Похоже, теперь хватит. Целимся. Маска чувствует неладное и пытается раствориться в камне. Но уже поздно. Она намертво припечатана к месту коротким сочетанием звуков. Какой отсталый враг мне попался. Он совершенно ничего не умеет и не знает. Попробуем ещё одно слово… Корчится. Бьётся от боли. Проявляется нить, ведущая маску к кукловоду. Далеко. Но какой же он чёрный… Наг… Короткий анализ. Это не наг. Это гораздо хуже. Перерожденец. Мутант. Удар! Смертный визг бьёт по ушам. Уши? Органы слуха. Понизить порог восприятия. Так лучше. Маска корчится. Мьют, где-то там, далеко, корчится от боли. Его корёжит. Чёрная сила уходит из слабого тела. Само существо быстро слабеет. Как приятно… Приятно?! Мне нравится смерть? С каких пор?! Поднести руку к лицу. Взглянуть. Внимательно, очень внимательно! Ещё раз. Чтобы ни одна подробность не ушла от моих глаз… Да. Точно. Сейчас я воплощён в человеческом теле. Слабом и беспомощном. Абсолютно пустым… Пустым? Спохватываюсь — то, что я видел, говорит мне о том, что тело никак не может быть пустым, поскольку создано не искусственным, а естественным путём! Значит, где-то в нём носитель!.. Торопливо обшариваю память, и в одном из уголков натыкаюсь на забившийся в ужасе разум. Мгновенно просматриваю всю его жизнь, и ужасаюсь сам себе — как же я мог?! Как? Едва не убил человека… Невероятной вины преступление… Я же в ответе за свои создания? Естественно. Значит… Снова проверяю — разум пока жив. Но долго его держать нельзя в таком состоянии. Растворится в Ничто. И чувство вины всё больше гнетёт меня… Быстро проверяю тело. Понятно… Нужно ему помочь перед уходом. Торопливо произвожу переналадку организма носителя. Выдержит? А куда он денется? В конце концов, именно я создал человека, а не обезьяна. Тут совершенно обратный процесс: наоборот, неудачные образцы змеелюдских копий моей работы и есть обезьяны. Ладно… Пока внутренности носителя проходят перенастройку, быстро набиваю ему голову знаниями. Это можно. Это можно. Это нужно! А это ему знать вообще не стоит… Вроде всё. Стоп! Совсем забыл! Вот это ему тоже пригодится… Всё. Теперь не пропадёт, надеюсь… Главное, чтобы потом ничего не забыл. Тогда есть надежда на моё окончательное воскрешение… А теперь — мне пора. Ситуация с его разумом становится уже критической. Тянуть больше нельзя! Хотя так приятно вновь видеть, дышать и чувствовать… Всё… Уже на последней стадии торопливо открываю портал, полустёртым сознанием закидываю туда тело. И тонкой ниточкой остаточной памяти заставляю тело-матрицу двигаться. Массивная дверь. Калитка. Засов. Длинные коридоры. Комнаты. Это его. Осторожно опускаю тело носителя на кровать. Мне — пора… Иначе и для меня будет поздно… Последний раз наслаждаюсь реальностью и с болью в сердце возвращаюсь… Темнота… Вечности…
…Михаил проснулся рывком. Сразу. Давно уже такого с ним не было! Привидится же… Передёрнул плечами от страха. Ещё бы! Будто взяла его гигантская рука, встряхнула, и вылетел он из своего тела. А потом этот великан через глаза в душу заглянул и наизнанку всего вывернул… Снова поёжился. Жрать охота — хоть стреляйся! Торопливо обул ботинки прямо на босу ногу. Зашлёпал в столовую по пустым коридорам. Пустым… даже сердце сжалось. Почему? Еле дождался, пока ступит в большой зал. Первым делом — к холодильнику. Выудил оттуда здоровенную кастрюлю борща, сунул в духовку. Пока грелась — нарезал себе бутербродов с мясом. Благо летом запасся хорошим провесным окороком. Наконец звякнул звонок, и обжигаясь, прямо голыми руками ухватил горячие деревянные ручки ёмкости, поварёшку, насыпал себе первую тарелку, опорожнил в мгновение ока. Вторую, третью… Когда ложка заскребла по металлу, спохватился — он что, пятилитровую