Падение «черного берета»

товарищей здесь не видел, — сказал Одинец. — Но на всякий случай давай немного здесь постоим, подстрахуем Бродищу…
Однако им позвонил Николай и спросил — почему они не заезжают на территорию?
…После обеда Брод позвал к себе Карташова с Одинцом и те обрисовали ему картину возле особняка Музафарова.
— Звонил Таллер, просил ускорить разведку… — Брод взял со стола черную папку, — Вот тут у меня компьютерная распечатка или, как говорят в определенных кругах, ориентировка на этого Музафарова. Важно выявить его связи…Вернее, тот канал или то лицо, ради которого он старается. Вот тут, — Брод положил ладонь на распечатку, — определенно сказано, что Музафаров здоров, как бык, о чем говорит недавнее его обследование в ЦКБ…Правда, сахара у него в крови чуть больше нормы — вместо 6,5 единицы у него 7–7,5… И периодически скачет кровяное давление, но это нормально для сорокапятилетнего мужика…
— А что даст нам просвечивание Музафарова? — спросил Карташов, на что Брод отреагировал довольно резко.
— Да ты, что, Мцыри, совсем охренел! Неужели мне надо тебе объяснять прописные истины, что это может быть подстава… Кто-то таким образом внедряется к нам со всеми вытекающими из этого последствиями…Таллер нервничает и я его прекрасно понимаю. Поэтому, орлы, устанавливайте за ним слежку, сидите у него в спальне, лезьте к нему через каминную трубу, но чтобы в 24 часа я мог отрапортовать Таллеру о проделанной работе…
— А в какой степени мы сами можем засвечиваться? — поинтересовался Одинец.
— А это все зависит от того, как долго вы хотите коптить этот свет…Впрочем, если для получения искомой информации вам выгодно засветиться, что ж, на здоровье… Карташов подвинул к себе листок с данными о Музафарове. Бросилось крупно и жирно набранные его ФИО: Музафаров Иван Трофимович…
— Э, черт, а я думал, что это какой-то кавказец…
— Я тоже так думал, — Брод снова вернул к себе бумагу. — Национальность в данном случае не имеет значения. Главное, что этот человек возглавляет недавно созданный инвестиционный фонд, который, кстати, расположен по соседству с ЛУКойлом…Причем, годовая прибыль этого фонда превышает бюджет такого предприятия как акционерное общество «Москвич»…Но все законно: платит налоги, занимается благотворительной деятельностью, в Одинцовском районе построил поле для гольфа со всей инфраструктурой…Более того в этом же районе баллотировался депутатом в местную Думу…
— Придется присосаться к его телефонной линии, — сказал Карташов. — Наружное наблюдение, думаю, в данном случае нам ничего не даст…
— Тогда сегодня и приступайте… А прослушка и наружное наблюдение ведь не исключают друг друга, верно?..
— Но у нас нет никакой аппаратуры для прослушивания, — сказал Одинец.
— Это не проблема, — Карташову хотелось пить, но на столе не было ни напитков, ни стакана. — Когда мы там были, я заметил, что телефонная проводка к его дому тянется по верху, от телефонной подстанции…Ты может, Саня, видел белую будку возле водонапорной башни…
— Если бы там была красивая блонда, может, и заметил бы…Если вопросов больше нет, я пойду приму душ, — Одинец погасил в пепельнице сигарету и поднялся. Карташов тоже встал, чтобы сходить попить, но его остановил Брод.
— Ты мне нравишься, Мцыри, — сказал Вениамин и, открыв амбразуры между зубов, улыбнулся. — По-моему нам уже пора отрегулировать наши партнерские отношения.
Карташов пожал плечами, мол, как будет угодно.
— Надеюсь, ты догадываешься, чем мы занимаемся?
— Лишь в общих чертах.
— А большего и не надо…Как ты смотришь на то, чтобы заключить с моей фирмой контракт?
— Надо сначала послушать, о чем идет речь. Брод смял в пепельнице сигарету.
— Все мы смертны, правильно? К сожалению, и Таллер, и Ельцин, и Брод и вы с Саней и, наверное, сам господь Бог…Словом, каждый из нас рано или поздно уйдем без возврата…
— Очень издалека, Веня, подкатываешься…Ты ведь меня хорошо знаешь и потому давай без увертюр…
— Хорошо! В контракте есть пункт — в случае смертельного ранения, ты передоверяешь свои внутренние органы для медицинского исследования нашей лаборатории. Все! Это главное…
Карташов, прищурясь, смотрел на Брода.
— И во сколько ты такое удовольствие оцениваешь?
— Учитывая твой возраст и, по-моему, неплохое здоровье, по максимуму…
— А точнее…
— Пятьдесят тысяч в любом банке мира.
— А если не секрет, во сколько ты оценил Саню?
— Он когда-то болел желтухой, значит, минус десять штук…
— Я тоже в детстве часто болел ангиной и у меня врожденная систолическая аритмия…
— Такое бывает почти у каждого и это не в счет. Главное, чтобы не было СПИДа, сифона