Палач

рад помочь.
Они ушли. А я еще долго стояла за гобеленом. Меня трясло. Я сдерживала рвущиеся наружу рыдания, а в голове моей зрел совершенно безумный и глупый план. Много позже я осознала, что это был самый идиотский поступок в моей жизни, но только не в тот момент. Тогда я могла думать лишь о том, что мне обязательно нужно встретиться с той женщиной и разузнать всю правду о себе.
Я выбралась из-за гобелена и словно воришка прокралась в конюшню. Мне хватило ума только на то, чтобы переодеться в простое платье. Я не взяла с собой ни еды, ни воды. Я была словно безумная. Я потихонечку вывела из конюшни коня Князя — он был самым быстрым. Как меня не заметили конюшие, я не понимаю до сих пор, но тогда это было мне на руку.
Мне давно были знакомы все потайные выходы. Еще ребенком я пользовалась ими, чтобы сбегать в запретную для меня деревню. Некоторые ходы были заброшены, их не охраняли, и никому даже не приходило в голову ими воспользоваться. Замок Князя и в былые времена считался неприступным, а сейчас время было спокойное, никаких войн, и стража выполняла скорее символическую функцию. Поэтому меня никто не заметил. Оказавшись за пределами замковых стен, я вскочила в седло и помчалась на юго-восток, в те места, которые покинула маленькой девочкой.
Стояла глубокая ночь. Но спать мне не хотелось. От беспорядочно метавшихся мыслей у меня гудело в голове. Я сделала пару коротких привалов, чтобы напоить лошадь и дать ей немного отдохнуть. Сама же я не знала покоя — была слишком возбуждена, чтобы думать о себе. Несколько глотков воды, горсть ягод — вот и все, что я себе позволяла в эти короткие передышки.
Путь, который мне казался бесконечным, когда я, раздираемая горем потери, в панике удирала от злых наемников, занял у меня полночи. Вскоре я начала узнавать места, памятные мне еще с раннего детства. Меня вел инстинкт, желание узнать правду и еще какая-то неведомая, непонятная сила. Тогда я не знала, что это пробуждались мои собственные силы, силы Ходящей-сквозь-миры, а в районе развалин моего родного замка был открыт межмировой туннель, которым прошел последний поисковый отряд. Моя энергия чувствовала его, и я неслась прямиком в расставленные сети, будто бабочка на огонь.
Меня ждали. Я поняла это, как только передо мной оказались руины моего родового гнезда. Словно из ниоткуда, в неясной дымке, появились вооруженные, странно одетые люди. Они полукольцом окружали меня. Но я не успела испугаться. Я даже не успела сообразить, что происходит, когда за моей спиной появился другой отряд. Это был Князь и его люди. Я охнуть не успела, как Князь сдернул меня из седла и швырнул кому-то из рыцарей. Как они тут появились, как они меня нашли и догнали, я не знала. Это было просто чудом из чудес. И спасением. Перехватив полный ярости взгляд жениха, я сообразила, что именно натворила. И что меня ждет скорая и суровая расплата. Но я тут же об этом забыла. Я радовалась, что избежала страшной участи, чувствовала благодарность, что меня так быстро нашли и выручили…
Князь с его людьми оказались достойными противниками прекрасно подготовленным наемникам. Драка была быстрой и оттого особенно жестокой.
В детстве, когда на мой замок напали, я не видела крови и трупов, я была далеко от места трагедии, но теперь я смотрела на все из укрытия, и мне стало страшно. Так страшно, что я даже зажмурилась, но что-то заставило меня открыть глаза и смотреть. Смотреть на то, как из-за меня гибли люди — свои и чужие.
Сражение шло в полной тишине, только звон мечей да крики и стоны раненых и умирающих раздавались под зловещей красной луной. Луной цвета крови.
Люди падали. Те, кому я строила глазки, умирали. А умирая, рассыпались в прах. Жуткое зрелище. Как такое может быть? — думала я. Магия наемников? Я не верила в магию, не была суеверной, но память моя хранила недавнее упоминание Люцианом какой-то Арки, других реальностей, и я уже не знала, чему верить.
Все закончилось так же быстро, как и началось. Князь стянул с головы шлем и подошел ко мне. Он долго смотрел на меня, а потом размахнулся и ударил. Я упала. Двое рыцарей поставили меня на ноги.
— Идиотка! — сквозь зубы процедил Князь и снова замахнулся, но его удержали рыцари, что-то горячо ему втолковывая.
Я утерла рукавом платья разбитую губу и злобно уставилась на жениха. Я хотела было осыпать его бранью, но передумала. Он был, конечно, прав, но то, что он поднял на меня руку… ему не было за это прощения. Я ему не какая-то там крепостная девка. Я его невеста, девушка из благородной семьи, и сейчас не то время, когда мужья могли запросто избивать своих жен.
Меня подсадили на лошадь к одному из рыцарей, и мы помчались обратно к замку. Но дорога наша оказалась недолгой. На поляне, недалеко от места,