Папина дочка

лет — вполне достаточно, чтобы начать разумно распоряжаться деньгами. Она не знала, что Роб сидел на наркотиках.
— И она поверила, что Роб непричастен к ограблению?
— Да. Тем не менее завещание она изменила и вычеркнула оттуда эту сумму.
— Значит, некоторые сомнения зародились у нее уже тогда?
Лонго кивнул:
— И они, вместе с подозрениями, возникшими после убийства твоей сестры, дали свои результаты. Фактически миссис Вестерфилд-старшая попросила своих сына и внука либо спасти честь семьи, либо заткнуться.
— А мать Роба?
— Еще одна очень милая женщина. Все свое время проводит во Флориде. Занимается дизайном интерьера в Палм-Бич. Хочу заметить, под девичьей фамилией. Причем весьма успешно. Можешь почитать о ней в Интернете.
— Я сделала себе сайт, — выдала я. Лонго удивленно поднял брови. — Это самый быстрый способ распространения информации. Начиная с завтрашнего дня я каждый божий день буду писать по статье об убийстве Андреа и виновности Роба Вестерфилда и выкладывать их в сети. Я соберу о нем все самые грязные слухи и попытаюсь найти подтверждение каждому из них. Я возьму интервью у преподавателей и одноклассников из его первых двух частных средних школ и колледжа Виллоу, в котором он проучился год. Из школ так просто не выгоняют. И пусть даже на это потребуется уйма времени, но я приложу все возможные усилия, чтобы отыскать медальон, который Роб подарил Андреа.
— Ты хорошо его помнишь?
— Сейчас, конечно, уже не очень. Но я достаточно точно описала его на суде. Копия протокола у меня есть, так что я знаю, что именно я тогда говорила: золотой, в форме сердечка, с тремя синими камушками посередине и выгравированными буквами «Р» и «А» сзади.
— Я присутствовал в зале суда, когда ты это рассказывала. Я помню, по твоим словам выходило, что медальон дорогой. Но мне показалось, скорее всего, это одна из тех безделушек, которую можно купить за двадцать пять баксов на любой распродаже в универмаге. А еще за пару зеленых тебе на ней сделают гравировку.
— Но вы так и не поверили ни в то, что я нащупала его, когда нашла тело Андреа в гараже, ни в то, что я слышала там чье-то дыханье, ни в то, что медальон исчез до приезда полиции.
— Элли, ты находилась между шоком и истерикой. По твоим показаниям, ты склонилась над телом сестры, поскользнулась и упала на него. Не думаю, что в полной темноте, да еще вся на нервах, ты могла на ощупь опознать медальон. К тому же ты сама говорила, Андреа носила его под блузкой или свитером.
— Тем вечером она надела его. В этом я уверена на все сто. Тогда почему его не было на Андреа, когда приехала полиция?
— Логично предположить, что Роб снял медальон после того, как ее убил. Вся его защита строилась лишь на том, что Андреа — обыкновенная влюбленная в него по уши девчонка, которая его абсолютно не интересовала.
— Ладно, хватит об этом на сегодня, — решила я. — Давайте, поговорим о чем-нибудь другом. Расскажите лучше о вашем новорожденном внуке. Думаю, он — это нечто особенное.
— Так и есть. — Похоже, Лонго был рад сменить тему не меньше меня.
Подали обед, и детектив принялся рассказывать о своей семьей.
— Марк твой ровесник. Он адвокат. Женился на девушке из Колорадо и сейчас работает там в одной фирме. Ему нравится. Я ушел в отставку два года назад, а прошлой зимой у меня случился сердечный приступ. Теперь самые холодные месяцы мы проводим во Флориде. Подумываем, не продать ли нам коттедж здесь и не прикупить ли домишко где-нибудь в Денвере, чтобы почаще видеть детей, но не сидеть у них на шее.
— Мы с матерью прожили в Денвере около года.
— Ты довольно долго живешь в Атланте, Элли. Она стала для тебя домом?
— Атланта — большой город. У меня там много хороших друзей. Мне нравится моя работа. Правда, если нашу газету все-таки продадут — есть такие разговоры, — не факт, что я там останусь. Может, когда-нибудь мне наконец захочется пустить корни и остановиться на одном месте. Но пока что нет. Мне все время кажется, что у меня есть какое-то незаконченное дело. Вы когда-нибудь в детстве сбегали в кино, не доделав домашнюю работу?
— Бывало.
— А вы получали удовольствие от фильма?
— Давно это было, но, думаю, нет.
— Вот и мне нужно доделать домашнее задание, чтобы фильм мне понравился, — пояснила я.
Уезжая, я выключила свет, поэтому, когда мы вернулись к миссис Хилмер, здание гаража выглядело мрачным и покинутым. Несмотря на мои протесты, Маркус проводил меня до двери. Он подождал, пока я найду ключ, открою дверь и войду внутрь, а потом строго сказал мне:
— Закрывай дверь на два оборота.
— Это так необходимо? — недоуменно спросила я.
— Элли, цитируя тебя же: «Берегитесь!