Папина дочка

скряга. Мама говорит, он все еще хранит деньги, подаренные ему родителями на первое причастие. — Джоан налила нам по второй чашке кофе. — Элли, как и все здесь, я видела по телевизору интервью Роба. Мой кузен, судья, говорит, что Вестерфилды так давят по поводу этого пересмотра, что удивительно, как до сих пор еще не выбраны присяжные. Ты не представляешь, сколько связей у отца Роба. К тому же Дороти Вестерфилд, его бабушка, пожертвовала просто огромную сумму денег местным больницам, библиотекам и школам. Она хочет повторного суда, и многие влиятельные лица не против, чтобы она его получила.
— Тебя снова вызовут свидетелем, Джоан, — кивнула я.
— Знаю. Я последняя видела Андреа живой. — Поколебавшись, Джоан добавила, — Конечно, не считая убийцы.
На минуту мы замолчали. Потом заговорила я:
— Джоан, я хочу знать все, что ты помнишь о том вечере. Я несколько раз перечитывала протокол, и меня очень удивило, насколько краткими были твои показания.
Джоан поставила локти на стол и, сцепив ладони, опустила на них подбородок.
— Они были краткими, потому что ни прокурор, ни адвокат не задали мне вопросы, которые, как я теперь вижу, они должны были задать.
— Какие вопросы?
— Например, об Уилле Небелзе, — ответила Джоан. — Помнишь, какое-то время он подрабатывал почти у каждого в городе. Вам он помогал класть крыльцо, верно?
— Да.
— Нам чинил дверь гаража, в которую задом въехала на машине мама. Мой отец всегда говорил: когда Уилл не напивается как сапожник, он — хороший плотник. Ну, конечно, если вообще приходит.
— Я помню.
— Зато ты не знаешь, что мы с Андреа часто обсуждали излишнюю дружелюбность Небелза.
— Излишнюю дружелюбность?
Джоан пожала плечами.
— Теперь, понимая что к чему, я бы сказала, что он педофил. Конечно, мы все его знали — ведь он у всех работал. Но каждый раз, когда мы, девочки, сталкивались с ним на улице, он заключал нас в крепкие объятия — конечно, если поблизости не было никого из взрослых.
Я недоверчиво посмотрела на Джоан.
— Послушай, даже в том возрасте я бы узнала об этом, если бы Андреа жаловалась на него отцу. Когда папа приказал Андреа держаться от Вестерфилда подальше, я была в курсе.
— Элли, двадцать два года назад, мы, дети, не воспринимали Уилла всерьез. В те времена мы столько обсуждали друг с другом, как это противно, когда Небелз лезет к нам обниматься и называет нас «своими девочками». «Как тебе крылечко, которое мы построили с твоим папой, Андреа? » — любил повторять Уилл с дружелюбной улыбкой. «Я хорошо сделал вам гараж, Джои? » — плакался он. Пойми, не то чтобы он к нам сильно приставал, просто теперь я понимаю, что этот не в меру наглый пьянчуга положил глаз на Андреа. В этом я не сомневаюсь. Помню, я как-то в шутку заявила твоим маме и папе, что Андреа хочет пригласить Уилла Небелза на рождественскую дискотеку, но они даже не заподозрили, что за моими словами может что-то скрываться.
— Папа упустил это из виду?!
— Андреа любила изображать, как Уилл Небелз тайком вытаскивает бутылку из ящика с инструментами и надирается во время работы. Откуда твоему отцу было знать, что за юмором прячется настоящая проблема?
— Джоан, не понимаю, почему ты мне это рассказываешь сейчас. Ты думаешь, вся эта новая история Уилла — откровенная ложь, за которую ему заплатили Вестерфилды?
— Элли, с тех пор, как я увидела по телевизору Небелза с Вестерфилдом и это интервью, я все думаю, а можно ли верить хоть чему-то из его рассказа? Был ли он тем вечером в доме старой миссис Вестерфилд? Видел ли он, как Андреа заходит в гараж? Кстати, когда в тот вечер Андреа уходила от нас, мне показалось, что я заметила кого-то на дороге. Но я так запуталась, когда давала показания полицейским и прокурору, что это приняли за подростковую истерию.
— А мои слова назвали детскими фантазиями.
— Я точно знаю, что в то время Уилл Небелз потерял свои водительские права и все время ходил по городу пешком. Еще я знаю, что ему нравилась Андреа. Предположим, она договорилась встретиться с Робом Вестерфилдом в гараже-«убежище» и пришла туда чуть раньше. Предположим, что Уилл последовал за ней и начал к ней приставать. Что если она попыталась сопротивляться и упала назад? А ведь пол там цементный. На затылке у нее была рана. Судмедэксперты решили, что Андреа могла стукнуться о пол, когда ее ударили домкратом. Но что если она сначала упала, а только потом ей нанесли удар?
— Падение ее только оглушило бы, — возразила я. — Я читала в результатах экспертизы.
— Дослушай меня. Давай на секунду представим, что, хотя Роб Вестерфилд и подонок, он говорит правду. Он припарковал машину на заправке, пошел в кино, а после сеанса