Папина дочка

тоном добавил. — Хотелось бы рассказать тебе о малыше, но это подождет. Я понимаю, пока меня не было, здесь много чего произошло.
— Это точно, Маркус. Можно я угощу вас ланчем? Мне нужен совет.
— Совет я тебе дам и так. Ланч с меня.
Мы встретились в ресторанчике «Депо» в Колд-Спринг. Там, за большим гамбургером и кофе, я посвятила Маркуса в результаты недели. Время от времени он перебивал меня, задавая вопросы.
— Думаешь, этот пожар устроили, чтобы тебя напугать или убить?
— Мне не просто стало страшно. Я боялась, что не выберусь оттуда живой.
— Ясно. Ты говоришь, полиция Олдхэма считает, что это ты устроила поджог?
— Офицер Уайт разве что наручники на меня не надел.
— Его двоюродный брат какое-то время работал со мной в прокуратуре. Теперь он судья и член того же загородного клуба, что и отец Роба. Честно говоря, он всегда считал, что Андреа убил Пол Штройбел. Могу поспорить, это он натравил на тебя Уайта. Этот сайт — кость в горле для тех, кто трется с Вестерфилдами.
— Значит, я добилась успеха! — Я огляделась по сторонам, убеждаясь, что нас никто не подслушивает. — Маркус…
— Элли, ты все время смотришь по сторонам. Кого — или что — ты ждешь?
Я описала ему визит Роба Вестерфилда в ресторан.
— Он появился тогда, когда я уже почти поужинала, — заметила я. — Кто-то позвонил ему и настучал. Я уверена.
Я поняла, что сейчас Маркус попросит меня либо быть осторожней, либо не выкладывать такие скандальные материалы на сайт, и быстро продолжила:
— Маркус, мне позвонил парень, который сидел в тюрьме с Вестерфилдом.
И я рассказала ему о предложении купить информацию и о сделке, а потом о звонке вчера ночью.
Маркус тихо слушал, внимательно изучая мое лицо. А когда я закончила, спросил:
— И ты поверила этому парню?
— Маркус, я знала, что меня могут запросто развести на пять тысяч баксов. Но это не то. Он боялся за свою жизнь. Он рассказал мне о Филли, потому что хотел отомстить Вестерфилду.
— Говоришь, он сослался на табличку, с которой ты стояла у тюрьмы?
— Да.
— Если ты права и он — бывший заключенный, то его, скорее всего, выпустили в тот же день. Ты ведь ходила туда один раз?
— Верно.
— Элли, этот парень может быть и кем-то из персонала, кто заходил или выходил из тюрьмы, пока ты стояла с табличкой. Некоторым охранникам деньги нужны не меньше.
Об этом я не подумала.
— Я хотела попросить вас достать список заключенных, освобожденных через день после Вестерфилда, и проверить, не случилось ли что-нибудь с кем-то из них.
— Это я могу. Элли, ты понимаешь, что это может быть и просто какой-нибудь псих?
— Да, но я так не думаю. — Я открыла сумочку. — Я составила список школ, в которых учился Вестерфилд здесь и в Англии, и домов их семьи. Хранят ли в полиции базы нераскрытых убийств давностью от двадцати двух до двадцати семи лет?
— Конечно.
— И в Вестчестере?
— Да.
— У вас или у кого-нибудь из ваших друзей имеется к ним доступ?
— Имеется.
— Тогда, наверное, несложно узнать, значится ли среди жертв парень по имени Филли?
— Думаю, нет.
— А реально посмотреть базы нераскрытых преступлений по районам школ и домов, где бывал Вестерфилд?
Маркус посмотрел на список.
— Массачусетс, Мэн, Флорида, Колорадо, Нью-Йорк и Англия. — Он присвистнул. — Территория не маленькая. Посмотрим, что с этим можно сделать.
— И еще. Зная любимый трюк Вестерфилда, нельзя ли посмотреть базу данных раскрытых преступлений? Нет ли там жертвы по имени Филли? И того, кого посадили за это убийство, хоть он и заявлял, что невиновен?
— Элли, девять из десяти подсудимых и заключенных утверждают, что они невиновны. Давай начнем с нераскрытых убийств. Посмотрим, что получится.
— Завтра я выложу на сайте историю о Робе Кристофера Кассиди. Его честность ни у кого сомнений не вызовет, так что его слова будут иметь вес. А до Кэррингтона я так и не доехала. Попробую договориться на понедельник или вторник.
— Проверь списки учащихся за годы обучения Роба, — посоветовал Маркус, подписывая чек.
— Я об этом подумала. В одной из школ вполне может найтись какой-нибудь Филли, который не поладил с Вестерфилдом.
— Это расширит территорию поиска, — предупредил Маркус. — Учащиеся приезжают в элитные школы со всей страны. Вестерфилд вполне мог заехать домой к кому-нибудь из них, чтобы отомстить за обиду.
«Я забил Филли насмерть, и это было круто».
Кто родные и близкие этого Филли? Неужели они все еще горюют? Конечно, да…
Официантка положила перед Маркусом чек. Подождав, пока она уйдет, я продолжила:
— Позвоню