Папина дочка

состоял в попечительском совете школы.
Учащегося со средним именем Филипп вспомнил доктор Диттрик. Два года назад он приезжал на двадцатилетие выпуска класса. Оставалось проверить всего одного. Секретарь доктора Востром прогнала имя и фамилию через компьютер. Оказалось, он живет в Портленде, штат Орегон, и перечисляет ежегодные взносы в фонд выпускников школы. Последний — в этом июне.
— Боюсь, я только зря потратила ваше время, — извинилась я. — Разрешите, я просмотрю афиши и уйду.
Во всех спектаклях Роб Вестерфилд играл главную мужскую роль.
— Я его помню, — сказала Корин Барски. — Настоящий талант. Очень самодовольный, высокомерный с другими ребятами, зато какой актер!
— Значит, у вас с ним проблем не возникало? — поинтересовалась я.
— Помню, он поругался с директором. Роб попросил разрешения выступать — как он это называл — под «своим сценическим именем», а директор запретил.
— А какое его сценическое имя?
— Минуточку. Сейчас вспомню…
— Корин, а что там была за шумиха из-за Роба Вестерфилда и его парика? — вмешался доктор Диттрик. — Я что-то такое помню.
— Он хотел носить парик, который использовал в каком-то спектакле в предыдущей школе. Но директор и этого ему не позволил. Поэтому на спектаклях Роб выходил из гримерной в своем парике, а в самую последнюю минуту переодевал нужный. Кажется, он его носил и на территории школы. Несколько раз ему делали из-за этого замечания, но безрезультатно.
Доктор Востром подняла на меня глаза.
— Этого нет в его деле, — удивилась она.
— Конечно, досье отредактировали, — с нетерпением прокомментировал Диттрик. — А как еще в то время могли полностью переоборудовать спортивный центр? Просто президент Иган намекнул отцу Вестерфилда, что Робу будет намного лучше в другой школе.
Доктор Востром с тревогой посмотрела на меня.
— Не беспокойтесь. Этого я не напишу, — успокоила ее я. Я огляделась, ища свою сумку, и выудила из нее сотовый. — Все, я вас покидаю, — заверила их я. — Вот только сделаю один звонок. Я вышла на Кристофера Кассиди. Он учился с Вестерфилдом в Арбинджере. Это как раз его избил Роб. Мистер Кассиди рассказывал мне, что Вестерфилд иногда использовал имя своего персонажа из спектакля. Он обещал, что попытается его вспомнить.
Я нашла телефон и набрала номер.
— «Инвестиционная компания Кассиди», — быстро проговорил оператор.
Мне повезло. Кристофер уже вернулся из поездки, и меня с ним сразу соединили.
— Я нашел его, — с триумфом произнес он. — У меня есть имя, которым пользовался Вестерфилд. Это герой пьесы, в которой он играл.
— Я вспомнила имя, — возбужденно проронила Корин Барски.
Кассиди находился в Бостоне. Барски — в Мэне, в метре от меня. И они произнесли одновременно:
— Джим Уилдинг.
Джим! Роб сам нарисовал этот чертеж.
— Элли, мне звонят, — извинился Кассиди.
— Хорошо. Я узнала все, что меня интересовало.
— Ваша статья обо мне для сайта просто великолепна. Выкладывайте. Я поддерживаю вас на все двести.
И он отключился.
Корин Барски развернула одну из афиш.
— Может, вам будет интересно на это взглянуть, мисс Кавано, — сказала она. — Наш руководитель просил всех актеров труппы расписываться на афише в списке действующих лиц напротив своих имен.
Она подняла афишу и показала нам. С вызывающим упрямством Роб Вестерфилц поставил не свое имя, а «Джим Уилдинг».
Целую минуту я пялилась на афишу.
— Мне нужна ксерокопия, — сказала я. — И, пожалуйста, берегите оригинал. Лучше — спрячьте его в сейф.
Двадцать минут спустя я сидела в своей машине, сравнивая подпись на чертеже и на афише.
Конечно, я не графолог, но слово «Джим» на обоих документах выглядело идентичным.
Мне еще предстояла долгая дорога в Оддхэм, а я уже с нетерпением предвкушала, как выложу эти копии бок о бок в Интернете.
Миссис Дороти Вестерфилд придется принять правду. Внук хотел ее убить.
И, честно признаться, я искренне радовалась, что вскоре осчастливлю не один благотворительный фонд, медицинский центр, библиотеку и университет.

На ночь я всегда кладу телефон рядом на подушку. И во вторник утром он-то и разбудил меня звонком. Я пробормотала сонное «Привет», бросила взгляд на часы и с ужасом поняла, что уже девять.
— Всю ночь развлекалась?
Пит.
— Конечно, — подтвердила я. — Ездой от Мэна до Массачусетса, через штат Нью-Йорк. Самая веселая ночка в моей жизни.
— Устала? Может, тебе не стоит тащиться в Манхэттен?
— Может, тебе не стоит пытаться увильнуть от приглашения встретиться? —