Жил-был в Советском Союзе засекреченный академик, разрабатывал оружие для сдерживания вероятных противников. Но настал день, когда люди, уполномоченные говорить от имени государства, предложили ему обратить это чудо-оружие против собственного народа. Жил-был простой советский спецназовец, тоже своего рода замечательный специалист. Служил верно Отечеству…
Авторы: Семенова Мария Васильевна, Разумовский Феликс
Чтобы знали русских».
За окном возникали и отступали прочь невысокие горы, бежали назад аккуратные домики, лохматые пальмы, возделанная земля… Не обращая внимания на тропический дождь (тёплый душ, прямо как в гостинице), народ дружно занимался посевами риса, тщательно обихаживая затопленные поля. Сразу чувствовалось — вкалывали не за трудодни. Тут же расхаживали голенастые цапли, работали клювами, кивали головами, кормились от пуза, уничтожали паразитов. Всем было хорошо — и людям, и птицам, и рису.
Постепенно всеобщая гармония проникла и в «Тойоту». У индийца сел аккумулятор, самураи присосались к пиву «Сингха», а растленный американский рэп сменился на удивление мелодичной тайской песней. Опять-таки без перевода ясно — про любовь. Конечно, несчастную. Она не явилась на свидание и ушла на дискотеку с другим. Настало время точить священный дедовский клинок и воплощать в жизнь всё то, чему так долго учил наставник. А сверху на эти танцы будет смотреть разлучница-луна — круглая, как блин, и нежно-белая, как лепесток лотоса… Аминь!
Часа через три, уже неподалёку от границы, «Тойоту» остановил военный патруль. На Брагина, скандинавов, индийца и араба никто не обратил ни малейшего внимания, зато японцев прошерстили по полной.
И вот он наконец — желанный городок с невыговариваемым названием: Араньяпратет. До самой границы оставалось метров двести. Ближе из-за огромной пробки «Тойоте» места не нашлось.
«Аллах акбар…» Брагин вылез наружу, хотел было сделать глубокий вдох, но вовремя спохватился. В воздухе густо воняло тухлой рыбой, нечистотами, отбросами, гнилью. Хоть противогаз надевай.
Делать нечего, Брагин повесил сумку на плечо и пошёл, держась левой стороны, выписываться из Таиланда. Дело оказалось плёвым. Протянуть пограничнику паспорт, получить в него новую печать и расстаться с бланком «миграционки». Теперь приезжего отделяла от Королевства Камбоджи только нейтральная полоса. Воняло здесь ещё хуже, а уж обстановка!.. Торговцы, нищие, казино, кабаки, полуголые дети, груды грязи и мусора. Толпы оборванцев с неподъёмными телегами, легионы попрошаек, сонмы орущих зазывал. Вавилонское столпотворение, что называется, нервно покуривало в сторонке. Бдительно контролируя свои карманы, Брагин миновал этот хаос, принял вправо и вошёл в красивую арку с английскими буквами: «Добро пожаловать в Королевство Камбоджу».
За воротами стоял домик с надписью «Виза». Здесь нужно было заполнить бланки и отдать улыбающемуся офицеру вместе с фотографиями и двадцатью долларами. Брагин так и сделал. Офицер улыбнулся еще шире:
— Еще сто батов, please.
— Impossible, now money,
— расплылся в ответ Брагин, внимательно изучивший на форуме тему «Взяточничество и подставы». И добавил про себя: «А не пошел бы на хрен…»
— О’кей, — увял вымогатель и указал рукой с рубиновым кольцом на стул. — Sit down, please. Wait.
Он выглядел ничуть не расстроенным. Не сработало с этим, получится с другими.
Минут через двадцать Брагин дождался визы, перешёл на КПП, где его сфотографировали, взяли отпечатки пальцев, поставили печать и наконец-то выпустили, хвала Будде, на свободу. Вот она, долгожданная Камбоджа. Вот он, славный город Пой-Пет.
Правду сказать, первые впечатления были далеко не футуристические. Грязь, лужи, разруха, вонь, нищета. А главное — автобусно-таксомоторная мафия. Чуть лоханулся, поддался на уговоры, и всё — хана либо твоему времени, либо деньгам. Обязательно поставят в ситуацию, что либо четыре часа ждать автобуса, либо ехать за космические деньги на такси. Спасибо предшественникам, набившим здесь шишки и выложившим свой опыт в Интернете! Брагин довольно быстро скооперировался с двумя австралийцами — тощими, добро улыбающимися, курчавыми блондинами-рюкзачниками. Втроём заангажировали «левака» — чёрную «Тойоту-Камри», явно помнившую ещё времена Пол Пота… и покатили по направлению к Ангкору — километров за сто пятьдесят. Городишко неполиткорректно назывался Сием-Рип — «Победа над Сиамом». Такая вот дань древним сварам и нынешней, мягко говоря, нелюбви.
За окном проплывали местные ландшафты, вроде бы схожие с таиландскими: те же пальмы, лачуги, рисовые поля. Вот только, в отличие от соседней страны, на всём словно бы лежал серый налёт неухоженности и нищеты. Даже пальмы казались более пыльными, чем по ту сторону границы. Машин на дороге попадалось мало, да и те — тоже мало общего с Таиландом, где по улицам ездили сплошные «японцы», выглядевшие новенькими и чистыми. У Брагина даже шевельнулось нечто вроде национальной
