— Теоретики. Еще есть эхсперты, как «учебный» переводят — пропыхтел Петрович.
— Нуу, знатоков много. Ознакомились бы с немецкой системой пополнения войск — не трендели бы. Ладно, может быть у него тут и соседи есть…
Соседей в блиндаже не оказалось, что показали пробитые до дна по углам шурфы. Немца открыли всего, стало понятно, отчего помер — ну, скорее всего, потому как черт его знает что было с мягкими тканями, а вот перебитые кости голени и вывернутая под прямым углом вбок стопа были налицо. Странный был фриц, несуразный какой-то. К удивлению Паштета на покойнике был поверх плохо сохранившегося кителя напялен советский ватник, развалившийся на пласты мокрой рыжей ваты, а совсем сверху — явная скатерть с кружевами по углам, которую покойный нахлобучил на манер пончо. Что совсем было странным — копари к этому отнеслись совершенно равнодушно. Разве что заспорили на тему ботинок — они у этого странного недоделка были опять же, не пойми чьи — тут мнение знатоков разошлось, одни во главе с Петровичем были уверены, что это польские армейские чеботы, другие — с Капеллой, ставили больше на чешское производство. К сожалению, все найденное было не слишком интересно с точки зрения коллекционирования. Ремня у покойника тоже не было, разве что на бедренной кости болтался какой-то задубевший ремешок невнятного происхождения, наверное умирающий пытался себе так остановить кровотечение, закрутив жгут. Безуспешно.
Паштет помог копарям разобрать груду жердей, раньше бывших нарами, извозился в грязи по уши, но глядя на работавших рядом жаловаться было глупо, ребята себя не жалели совершенно. С точки зрения Паши находки были не шибко ценными, но парень, щеголявший вчера в австрийской куртке (что странно — перед копом он переоделся в немецкую, судя по затертому флажку на рукаве) с радостью забрал две пустые бутылки, вроде как от бельгийского пива, а вот к фуфырикам от французской минеральной воды нос отвернул брезгливо. А потом повезло и Паше. Он ворочал глину и удивился внезапно бликанувшему яркой желтизной металлу. Почему-то подумалось о золоте. Полез рукой и выдернул пару странных патронов. Гильзы здоровенные, латунные, словно от ДШК, а пули малюсенькие — не пойми из чего. Поковырял ногтем и поразился — карандаши что ли в гильзы вставлены? Явно деревянные пули-то!
— Гляньте, чего нарыл! Что это?
Отвлеклись, глянули. Петрович тут же определил: «Трайбпатроне 318 к ПЦБ 39».
— А если человеческим языком?
— Было у немцев противотанковое ружье ПЦБ 39. Панцербюхзе 39 калибром под ввинтовочную пулю, но с адским количеством пороха в гильзе. В 41 году против наших консервных банок работало хорошо. Наши сгоряча где-то хапнули трофейного боезапаса и даже несколько сотен штук таких ружей выпустили в Туле, ребята находили там ПЦБ эти советского производства с немецкими патронами.
— Михалкова на туляков не было с авторскими правами…
— Но тут пошли ПТРД и ПТРС под 14,5 мм, они в разы лучше немецкой этой дудки получились. А в 42 году уже все, против Т-34 не плясало, даже с Т-60 и Т-70 не работало, немцы его и переделали для стрельбы гранатами. И эта штуковина — вышибной заряд.
— С деревянной пулей???
— Точно так. Пулька при выстреле в мелкую труху и сгорает. Получается такой холостой выстрел. Если ты не против — давай махнем — я тебе чего попроще для музея, а ты мне эти патрики?
— Не вопрос — согласился Паштет, без особого сожаления отдавая сияющие патроны.
Продолжили махать лопатами дальше. Пара человек уже до пола докопалась. Пол был из жердей. сверху накрыт еловым лапником, сохранившимся на диво хорошо.
— Какой — то выезд получается несуразный — сказал вслух Паша, хлюпая глиной.
— Чего это?
— И немец какой-то нелепый и одет странно и пули деревянные — сказал, вздохнув, Павел.
— А война вообще штука такая. Когда десятки миллионов мужиков дерутся несколько лет по всему земному шару может произойти все, что угодно. И что характерно — происходит. Это ж не кино и не изыскания диванных историков. Будет время — глянь фото и кинохронику во что немцы одеты зимой.
— По сорок первому году?
— Да хоть и по сорок второму. Это папа Гиммлер своих птенчиков одел-обул нормально, по-зимнему. И папа Геринг — тоже. А вермахт и в сорок третьем одет был не по сезону. Даже на шестую армию польтов на ватине не хватило, ходили, как бомжи со справкой. Газетами утеплялись, бабьи тулупы носили и всяким прочим обматывались, что в Германии насобирали жители в «Зимней помощи». Такой видок у них был, что сами же фрицы называли этот карнавал «цыганским цирком». Бабьи-то шали и всякие кофты — яркие, цветастые. В общем — повтор опыта Наполеона. Те тоже мирное население у нас грабили
