года с похоронами Константина Фёдоровича фон Шальбурга под Демянском (был такой командир Фрайкорпа СС Дании). Там церемония несколько скомкана, но и время было горячее. Были найдёныши и такие — верховые немцы просто в лесу, но жетоны отломлены. Типа учтены и захоронены. Видать, сами халтурили в горячке. Так что по-разному и зачастую, не взирая на приказы. Целиком документация по устройству немецких воинских кладбищ у меня есть, занимает около 8 гигабайт в сканах.
— Я полагаю, тут не от наших или от немцев зависело, а от обстоятельств.
На войне как на войне — заметил усатый, грея ладони о кружку.
— Нуу, да. На всю жизнь запомнил один немецкий лежак на 700 с лишним рыл в Новгородской. Он до сих пор не выбит полностью, остались и целые могилы. Там был просто трэш. Сначала было нормальное кладбище по всем нормам и с индивидуальными могилами. Но без гробов, немцы хоронили в плащ-палатках всегда или в пакетах из крафт-бумаги, я лично гробов никогда не встречал — рассказы слышал от людей, но сам никогда.
Потом видимо настало. Хоронить начали вокруг, в небольших рвах плечом к плечу во всей выкладке — с документами, амуницией, штыками, фотиками и обручалками, и не ломаными жетонами. Командование дивизии хоронили на бугорке в центре кладбища. Штабной пригорок, да, это мы по половинкам определили, что командование. А потом был удар катюш по переднему краю. И вдоль кладбища появился длиннющий ров со скрюченными горелыми прямо в шинелях и с оружием даже — никто, видать, не хотел разлеплять, валили и головой к ногам и ногами к голове.
— Обстоятельства. Как наши в воронках присыпанные повсеместно.
— Потом то же и с евроинтеграторами было. Чем дальше — тем больше. Да и сами они свои кладбища сносили, где успевали. Типа чтобы наши не глумились. В Демяне все кресты снесли. А что тебя удивило?
— Даже в 1941-м, зимой, немцы просто трупы зарывали, правда потом, идя по нашей земле — откапывали свои трупы и хоронили как у них положено. А потом, когда они бежали — все эти кресты снесли к едрени матери вполне по закону мести. И вообще, меня ничего не удивило — благо, опыт у меня по их лежакам копательский неплохой. Испугать меня покойником вообще нельзя. Меня поразил угар того, как их ударно херачили — они даже теряли людей, командующих дивизией. Это не так просто — угондошить немецкого полковника на месте стационарных боевых действий. Он на свет-то почти не вылазит.
А тут прям вообще исполняли песенку «как здорово, что все мы здесь сегодня собрались».
— «Испугать меня покойником вообще нельзя», сильно сказано, ты меня смешишь. — усмехнулся круглолицый усач и продолжил: «Кости это не покойник, который неделю в озере плавал или расчлененный.
— Свежие трупы они почти не вызывают отвращения, а вот лежалые….Так ведь на войне они все лежалые — заметил парень в остеррайховском кителе.
Капелла глянул иронично.
— Как раз свежие, что от недельки до года, как раз вызывают. Как нам бабка одна в Демяне рассказывала: «Мы по окопам не лазили лет пять. Потом уже, как мясо попрело, пошли всё там собирать — цинки с патронами, посуду, ящики». «Окопами» местное население называет там блиндажи, а нормальные окопы у них называются «щели».
А скелетированные останки — это дело плёвое. Даже волосатые изнутри каски не впечатляют, а такие попадаются часто.
— В смысле волосатые? — поинтересовался Паша.
— Это когда волосы прилипли к ржавчине и не сгнили до сих пор — пояснил один из безлошадных.
— Не знаю че там бабки видели. Я в 1980-х пинал пробитые немецкие и русские каски, как и череп не знаю чей. Который уже на пне стоял, в бору с грибами. Грибы я там собирал.
— Я такое ещё недавно кое-где пинал. И сейчас знаю одно — два места, где также будет — сказал другой копарь.
— Слушай, я не копатель, но как мент всегда интересовался всем оружием в районе и в том числе выкопанным в нашей земле. Много увидел и план сделал — сказал усатый. Паштет поежился, мент в компании был для него неожиданностью. Остальные, однако, и не почесались, то ли менты среди копарей были не редкостью, то ли не опасались ничего.
— Нуу, так оно ж почти всё нерабочее. Это я как копатель говорю. Я из копаного оружия никогда никого убивать не пойду, ибо лучше топор взять, надёжнее. Немцы копаные дохлые сейчас ВСЕ, поголовно. Может патронник порвать, про автоматику вообще не говорю. Наши да, мосины будут рабочие, папаши там, да и дяди Пети тоже. Но в целом в оборот имеет смысл брать ТОЛЬКО находки с чердаков и домов. Остальное слова доброго не стОит — уверенно возразил Капелла.
— Ты вот как мальчик… Из нерабочего сделаем рабочее — между глоточками возразил усатый мент. Назвать его полицейским как-то не получалось.
— План…не понял? —
