вперед, а второй нажимаешь на спуск, отдача помогает, так что — оно само. А болтовые — так это обозначение для простоты взято у англов. У тех такой не самозарядный принцип называется коротко «bolt action rifle», а если правильно говорить по-нашему, то получается длиннее «винтовка с продольно-скользящим затвором». Очень длинно. К тому же не все винтовки — болтовые, винтовальная резьба в стволах еще во времена стрельцов была, фитилем поджигалось.
И лектор тут же ловко показал на примере, как затвор у мосинской винтовки действительно скользит и действительно — продольно.
— Обращению с оружием вас в армии учили? — спросил стрелок-бугуртщик Паштета.
Паша кивнул, привычно оттарабанив запомнившееся: «Никогда не направлять оружие на других людей, носить так, чтоб ствол смотрел либо в небо, либо в землю и всегда относиться к оружию, словно оно заряжено. Ну, кроме боевой обстановки, конечно, когда стрелять по людям надо» — вспомнив пояснения комроты немного путано заявил Паша.
— Добро! — оценил Пашины познания стрелок-бугуртщик, и дал неофиту странную стальную пачку с пятью патронами.
— Ишь, австрийские, а на наши похожи. Точь в точь, как к станковому — заметил Паштет.
— Это перестволенное оружие, охотничье. И патрон действительно — наш. Вон у него маузер тоже такой переверченный, только патрон от ремингтона — вздохнув, просветил ученика стрелок-бугуртщик. Паша не стал уточнять, как это — перестволенное, ствол у винтовки в его руках выглядел вполне родным, не приделанным новым. Да и большая буква S — клеймо как-то говорило, что ствол — старый. И оно очень хорошо сочеталось с клеймом на казенной части Steyr M95.
Хотя сама идея ему была понятна — казенник, значит, высверливается, канал ствола под новый калибр и все такое. Манлихер в руках выглядел забавно — со старомодной старательностью сделанный, видно — на века, с офигенным запасом прочности — и захочешь, так хрен сломаешь.
— Винтовочка легендарная — с почтением, как о богатой тетушке, отозвался Хорь. Впрочем, Паше показалось, что толика ехидства в этих словах была.
— Да, выпускалась миллионами, была на вооружении у не самой хилой страны — как никак одна из четырех европейских империй — кивнул простодушный стрелок-бугуртщик. Жестами показал, как вставлять рамку с патронами. Приказал закрыть затвор, толкнув его вперед. Усилия это потребовало довольно большого, к удивлению Паши, хотя сам карабин был по весу не тяжелее калаша.
— Попробуй для начала их позиции для стрельбы стоя! Приклад прижми покрепче. Отдача будет не как у калаша. Крепче прижми. Целься. Пли!
Спуск у винтовки оказался тоже туговат и несмотря на смешную дистанцию пуля не зацепила синий шарик, старательно надутый до того мощными усилиями Паштета. В плечо же двинуло резко и сильно, если б не вжал приклад — точно бы синяком разжился.
— Впечатляет? — не без гордости за свое оружие спросил стрелок-бугуртщик.
— Ага! — признал очевидное стрелок.
— Ну, давай, затвор на себя!
Паша рванул рукоятку с круглым шариком на конце и гильза блеснула, кувыркаясь на солнце. Проводил ее взглядом.
— Заряжай! Целься! Приклад прочнее! Пли!
В шарик удалось попасть пятой пулей. Черт, сложно как! И руки вроде крепкие и качался — а ствол болтается в воздухе, восьмерки выписывает, да еще и дыхание мешает. В армии стрелял с упора, куда проще было. Показал стрелку-бугуртщику что патроны кончились.
— Рамку подбери — сказал хозяин винтовки.
— Какую? — удивился Паша.
— От патронов. Вон у ноги лежит — ткнул пальцем вниз.
Паштет поглядел — и впрямь, та самая рамка, в которой были патрики сейчас поблескивала на земле под ногами. Поднял, обдул. Черт ее знает, как она туда попала — сверху точно не выскакивала. Перевернул карабин «пузом» вверх, с удивлением увидел дырку в магазинной коробке, аккурат под рамку.
— Особенности системы «Манлихер» — кивнул головой владелец карабина.
— Однако! Спасибо, порадовался. Сколько должен?
— Угольками сочтемся — усмехнулся бугуртщик, заботливо забирая свой Манлихер.
— Из маузера и мосинки будешь стрелять? Или сначала по старой памяти — калаш? — спросил Хорь.
— Если можно — то с удовольствием — согласился Паша.
— Это не совсем калаш, скорее — калашоид на базе АК-74 и называется Сайга — менторски поправил парень с перебитым носом.
— Хоть горшком назови — согласился Паша вежливо. Получил пару пачек патронов и хорошо знакомые еще по армии магазины. Стал набивать, стараясь, чтобы выглядело не слишком неловко.
— Не спеши, навык он не сразу возвращается — посоветовал стрелок-бугуртщик, посматривающий через плечо набивальщика.
