Переиграть войну! Пенталогия

и эффективного выполнения этой техники необходима согласованная работа рук и ног, а у моих сегодняшних учеников с этим было плоховато.
– Сержант, – обратился я к Несвидову, который, пыхтя, пытался выкрутить руку Доку, – вы косить умеете?
– Да, товарищ старший лейтенант, – ответил запыхавшийся Емельян.
– Представь себе, сержант, что тебе косить надо только руками…
– Как это?
– Без скручивания корпуса и шагов. – И я показал, как придется косить Несвидову. – Ну и много ты так накосишь?
– Дак, с мышкин… хвостик.
– А здесь почему корпус и ноги не используешь? Вот смотри. – И я продемонстрировал на Доке, как нужно правильно выполнять прием. Несмотря на то что Серега весит килограммов на двадцать больше меня, его ножки оторвались от земли, и он улетел метра на полтора.
– Осторожней ты, шаолиньский монах! – провыл Серега, поднимаясь с земли. – Вот ранят тебя в следующий раз, посмотрю, как ты завоешь, когда я поломанными тобой руками буду у тебя в ляжке ковыряться.
– Извини, доктор, я же мягко.
– Мягко, но больно… Чуть руку не оторвал! – И Док демонстративно потер правую руку.
– Емельян, вы поняли? – обратился я к Несвидову, не обращая внимания на фальшиво ноющего Дока.
– А помедленнее можно, товарищ старший лейтенант? А то вроде чтото такое уловил, но…
– Тогда на тебе покажу.
Когда я скрутил сержанту руку, тот напрягся и попытался сохранить равновесие. «Здоровый мужик! На натурпродуктах вырос, да еще в деревне!» – подумал я, а вслух сказал:
– Видишь, одними руками даже у меня не выходит! А теперь добавим ноги… – И я сделал маленький шажок левой и перенес на нее вес тела. Взвыв, Несвидов, крутанулся в воздухе и мешком рухнул на землю.
– Понял теперь? – Я протянул руку, помогая ему встать.
– Ага.
Когда показанные приемы были повторены раз по пятьдесят, настала пора для более сложных действий – связок «атаказащитаконтратака». Вот тутто «ученики» и взвыли. Минут через пять у половины от ударов оппонентов распухли и покраснели носы. «Торопятся, голубчики».
– Так, снизили темп! Чернов, ну что ты лупишь, как будто на чемпионате Союза в финале? Спокойней! Кудряшов! Денис! Ты куда смотришь? Ну кто же глаза при атаке закрывает?!
Под такие подбадривающие окрики отработка приняла хоть скольконибудь упорядоченный характер.
– Товарищ старший лейтенант, можно вас? – окликнул меня Юрин.
– Что «можно»? Ударить? Говори четче!
– Подойдите, пожалуйста.
Когда я подошел, партнер Юрина, Сомов, один из тех молодых артиллеристов, что присоединились к нам еще на первой смолокурне, нерешительно переминался с ноги на ногу, щеголяя расквашенным носом и исподлобья глядя на нас.
– Вот, товарищ старший лейтенант, полюбуйтесь… – начал сержант. – Пока он нападал, все было еще болееменее, а как я начал – так полный кавардак выходит! Как ни ударю – так все время ему в нос попадаю. Он что, специально его подставляет?
– Вас Петр, кажется, зовут? – обратился я к Сомову.
– Да, – буркнул он.
– Что такое с вами?
– Не могу понять, тащ старший лейтенант, что делать. Вы вроде все понятно объяснили, а я смотрю на то, как тащ сержант бьет, и не понимаю, чего мне делатьто надо. Ну, точно баран на новые ворота.
– Сомов, а ты комаров когданибудь ловил? – сменив тональность, огорошил я его вопросом.
– Че?
– Я говорю, комаров когданибудь ловил? Не бил, а ловил… Ну, в детстве там?
– Да.
– Вот и представь, что рука товарища сержанта – это комар, которого поймать нужно и лапки оторвать.
Я попросил Юрина ударить и показал, как ловят «комара».
– Вот так, боец. Попробуй. И не сдавайся так быстро – аналогии придумывай.
– Что придумывать?
– Примеры. Вроде как я сейчас тебе объяснил…
Юрин заинтересовался:
– А вот руку мы когда выкручиваем, так там движение навроде того, когда белье мокрое выжимаешь, так?
– Да, верно подметил. Если так к вопросу подходить – многие вещи проще получаться будут. Ну, как будто ты не руку ломаешь, а палку сухую, не от удушения уходишь, а через окошко маленькое пролезаешь… Художественно к вопросу подходить надо.
Я отошел в сторонку и присел на бревнышко, всетаки раненая нога давала о себе знать. «Как баран на новые ворота» – отчегото эта фраза засела в голове. «Как баран… как баран… бараны, барашки… Барановичи… А при чем здесь Барановичи, а? Да ни при чем… Из Барановичей в Слуцк. Что за хрень? А Слуцк откуда взялся? Из Барановичей в Слуцк. Из Барановичей в Слуцк» – завертелось в моей голове на мотив детской песенки «Учат в школе, учат в школе, учат в школе!».
Внезапно я понял, что напеваю на этот мотив следующую песенку:

Из Барановичей в Слуцк,
Из Барановичей в Слуцк,
Едет Гиммлер, едет Гиммлер,
Едет Гиммлееер…

*