Переиграть войну! Пенталогия

доски к кузову одного из «зерновых» грузовиков мы загнали мотоцикл внутрь.
Затем, снова припахав пару человек, как я понял, из антоновой команды, занялись погрузкой мертвых и еще живых немцев в грузовики. С мертвыми проблем не было, сложили рядком в кузове, рогожей прикрыли – и все в ажуре. А вот с живыми пришлось повозиться. Перевязали их заново, кляпы обновили и посадили за принайтовленный мотоцикл. А с ними Кудряшова – охранять.
Потом мы с Люком загрузили «подарки» и выехали со двора.
Блин, теперь, не дай бог, нас обстреляют!
Головную машину вел Люк, я же пристроился ему в хвост, и мы, сделав небольшой крюк и переправившись бродом через реку, неспешно покатили прямо на запад.
Проселки были пустынны, только гдето через полчаса мы обогнали крестьянскую телегу, да еще минут через двадцать после этого уже нас обогнал одинокий немец на мотоцикле.
Но мы особо и не прятались, еще на базе проложили маршрут таким образом, чтобы проехать как минимум через десяток хуторов и деревенек. Расчет наш с Фермером был на то, что вряд ли в этих мелких деревушках есть немецкие гарнизоны или комендатуры, а вот то, что наши машины видело немало народу – это точно.
В одной из рощиц останавливаемся и быстро, но аккуратно прикапываем под кустами тела тех гансов, которых Тоха вчера пожалел. Он там слюнтяйничал, а Люку работы сегодня прибавилось! Надо будет с ним беседу провести, в дополнение к командирскому пистону.
Наконец спустя почти два часа мы прибыли к цели нашего путешествия – роще возле деревни с сочным названием Мятежи. Ну, мятеж – не мятеж, а шухер мы точно устроим!
– Саня, давай! – говорю в рацию.
Люк резко, так, что задние колеса грузовика заносит, тормозит. Я также вдавливаю до упора педаль тормоза.
А дальше – в темпе за дело: наперво по доскам сгрузили наше трехколесное транспортное средство на обочину, тут уж мастерство Сашки в обращении с мотоциклом пригодилось.
А потом занялись, собственно, главным делом.
Люк и Дед Никто, морщась от запаха, красиво рассаживали трупы в кабинах, я возился со всякими весьма небезопасными штуковинами.
По полной канистре между тентом и кабиной. Готово!
Теперь прикрутить к каждой по немецкой «толкушке». Готово!
Теперь привязать к каждой гранате отрезок дэша и соединить их с толовыми шашками, положенными на бензобак каждого из грузовиков.
Ага, теперь полоснуть ножом по брезенту, так, чтобы при взрыве гранаты горящее топливо плеснуло в кузов. А теперь – рассыпать из мешка зерно по полу.
Прыжком соскакиваю на обочину – нечего лишние следы на пыльной дороге оставлять!
Денис уже сварганил, как и было оговорено, метелку на длинной палке и теперь, стоя на обочине, разметает следы.
Саня отъезжает на мотоцикле назад по дороге на сотню метров, Денис продолжает свою пыльную работу.
Ох, не зря говорят, что хуже нет – ждать и догонять! Шанс на то, что ктото поедет по этой, богом забытой дороге, мал, но меня слегка «потряхивает». Старею, наверное.
Ребята возвращаются.
Отходим в кусты. Ну! С богом!
Люк расстреливает полмагазина ППД по кабинам, а Дед Никто, перебегая с места на место, с упоением попеременно передергивает затворы двух советских карабинов. Одна обойма, вторая, третья.
– Хорош! – гаркаю им и, дождавшись, когда они залегли, дергаю две бечевки, что все это время я держал в руках. Теперь можно и мне залечь…
Гулко бахают взрывы, и грузовики скрываются в огненнодымных клубах. Все по науке!
– Ходу, мужики! Ходу! – и мы «хромым галопом» бежим по кустам в сторону мотоцикла.
Первая часть Марлезонского балета закончилась.
* * *
– Ну, где мои пациенты? – спросил я командира, вернувшись в штаб.
– Расслабься, я передумал! С ними Слава сейчас занимается – ему полезней будет.
– Вот так вот? Чувствую, подсидит он меня… – сделав «лицо трагического дебила», констатировал я.
– Ага, сам понимаешь – аппаратные игры, новые кадры… – шутливо, в тон мне, ответил Александр. – Как там с технической оснасткой дела обстоят?
– Все в порядке, через полчаса можно начинать первую плавку.
– И сколько она по времени займет?
Я почесал в задумчивости затылок:
– Ну… С точностью до минуты я не скажу… Гдето часа полтора, не меньше. Правда, можно ускорить немного.
– Говори.
– Я прикинул, если не дожидаться полного расплавления тротила, а сливать уже «потекший», то можно несколько ускорить процесс.
– Понятно. Но вот еще одна проблемка нарисовалась – тара.
– В смысле?
– Я Несвидова напряг провести инвентаризацию, так вот, ящиков, куда можно отлить тротил, у нас почти нет, можно, конечно, сколотить их из досок, но, сам понимаешь – лишний