Прорвав линию времени и оказавшись в 1941 году, наши современники, ветераны Афгана и Чечни, берутся перекраивать историю и меняют ход Великой Отечественной войны!
Авторы: Рыбаков Артем Олегович
дали зеленый свет. И полигоны армейские, на которых мудохаться не надо, отрывая траншеи и оборудуя огневые точки, и технику разнообразную для большего фана подгоняют. И вообще…
Ну, поехали мы на «Дороги Афгана». Это игра такая, по мотивам десятилетней резни, так сказать. А поскольку Минск – это не Бронницы, то и поехать смогли далеко не все из команды, а только семь человек.
Приехали в Минск, похмелились пивом местным, а тут и автобус до полигона подали. Лепота!
Приехали, во вводные вчитались… Надо сказать, что патриотическая направленность белорусов на вводные отпечаток наложила: все команды, кто в советском или российском «комке» «выступает», те, естественно, за ОКСВА
играют. Ну а «натовские ренегаты» – за «духов». Парень из наших, Люк у него позывной (во времена оны три года «за речкой» оттрубил в разведке ВДВ), как приехал, так, перевозбудившись, на базар помчался – барашка покупать. Как он нам сказал: «Это что же за „дух“, если от него курдючным салом не воняет?» Ну а остальные члены «банды» стали к «войне» готовиться.
Пока мы Люка с бараном ждем, я вам представлю всех участников дебоша.
Командиры наши:
ШураРаз, позывной – «Фермер». Майорармеец в отставке. Любит нас «строить», и мы ему за это благодарны. Не дает он, знаете ли, действу окончательно в пикник превратиться. Именно его стараниями у нас и не принято действовать в экипировке «паркетного» страйкера: два магазина на триста шариков и шоколадка в кармане плюс кэмелбэк с пивом за спиной. Таскаем и веревки, и шанцевый инструмент, и паек на три дня. Прозвище получил за основательный подход и спокойную рассудительность. Терпеть не может бардак и разгильдяйство.
ШураДва, позывной – «Бродяга», виртуоз и ас «мочилова в сортире». С пистолетом – Бог. Но старость – она, конечно, не радость. Поэтому мы его золотые руки и бриллиантовую голову используем не только как подставку для каски. Он у нас больше по управляемым МВЗ да радиоборьбе. Ну, еще и как кладезь «маленьких советов» и «домашних заготовок». Прозвище получил еще «там», лет двадцать назад.
ШураТри, он же Люк (не, не тот, что в канализацию ведет, а который Скайуокер). Капитан из вэдэвэшной разведки. Как по кустам поползать и «языка» привести – это к нему. Вот только страйкболисты в плен плохо сдаются – «смерть» здесь игрушечная, так что они в «рэмбов» до последнего играют, а методы «непосредственного физического воздействия» правилами запрещены.
Серега. Среди страйкбольной кодлы известен как Док. Наше все! И пошутить, и закопать. В миру – скромный КМНстоматолог. После того как в его «нежных, но цепких лапах» перебывало полкоманды, носит почетное звание «наш Менгеле». Хотя «зубнюк» действительно классный. Вечное хобби – военнополевая хирургия. Балагур и весельчак, хотя юмор иногда специфический, с отчетливым душком прозекторской.
Вано. Откликается на погоняло «Казачина». Весел и рукаст. Мастер изготовления похлебки из требухи и взрывателей. Буквально на каждом выезде презентует команде новую «цацку» натяжного, нажимного или еще какого действия. В свободное от «войны» время снимает документальное кино.
Алик. Он же «Дохлая башка» (от официального позывного «Totenkopf»). Один из немногих в команде германофилов. Слегка знает немецкий. Надежный товарищ. Как лирическое отступление, скажу, что команда наша «моделирует» бундесвер. Ну, нравятся нам эти мелкие пятнышки, нравятся! Да и германец всегда противником серьезным был, не то что пиндосы какие. Полным прозвищем мы его обычно не называем, используя сокращенную версию «Тотен».
Игорь Пак, по прозвищу… Да зачем ему с такой фамилией прозвище? Разве что Ким Ир Сеном называть… Человек он у нас в команде новый. Если честно, он официально еще не в команде, так – неофит. Годик на птичьих правах побегает, мы к нему за это время присмотримся и вердикт вынесем – гож он нам или негож. Вообщето мы с Игорем вместе работаем, он раньше в пейнтбол серьезно играл, но услышал както раз в курилке мои рассказы и загорелся! Пока, правда, от пейнтбольных замашек не отошел: все ему побегатьпострелять охота, да и без судей на поле некомфортно себя чувствует. Слышал я, как он коллегам про свой выезд с нами рассказывал: «Идем вчетвером в патруле… Ну, Антоха, я и еще парочка парней из команды… Тут в кустах затрещало чтото, я поворачиваюсь на звук, а когда назад развернулся, вижу – а я в поле один стою. Наших – как не бывало! А из травы ктото зло так шипит: „Ложись… Ложись…“ Как и когда они все заныкались, я даже не заметил!»
Ну и ваш покорный слуга. Зовут меня Антон, а позывной – «Искусник» или «Арт». Изначально прозвище было гораздо длиннее, но в процессе радиопереговоров редуцировалось до одного
