Переиграть войну! Пенталогия

Только вышел из кустов и указал направление движения. Под внимательными взглядами гостей я поднялся на холмик.
– День добрый!
– Здравствуйте.
– С кем имею честь разговаривать?
– Командир партизанского отряда, лейтенант госбезопасности Зайцев. А вы кто такой?
– Могу ли я попросить ваших спутников отойти в сторону? Мне хотелось бы поговорить с вами наедине.
– Это не спутники! Комиссар отряда и мой заместитель.
– До свидания, товарищ лейтенант, – я повернулся спиной и стал спускаться вниз.
– Стоять! – и характерное клацанье за спиной.
Я, не торопясь, обернулся. Так и есть. Лейтенант держал в руках пистолет. Двое его спутников тоже вытащили свои пистолеты.
– И как прикажете это понимать?
– Вы арестованы! Сдайте оружие!
– У меня его нет. Здесь оно мне ни к чему.
– Смирнов! Обыщите этого… лесника.
Заместитель командира сунул свой ТТ в кобуру и, подойдя, охлопал меня.
– Нет у него ничего. Пустой.
– Давай его сюда!
– Вы хорошо подумали, лейтенант? – Я рассматривал его с нарочитым интересом.
«А он не опер, в задержаниях участия не принимал. Стоят они неграмотно, если мне понадобится то в принципе всех можно начать валять прямо сейчас. А пистолет мне этот Смирнов сам в руки принес, даже кобуру застегнуть поленился, балбес».
– Это вам я бы рекомендовал хорошенько подумать!
– Если вы про тех, что в овраге сидят, то на вашем месте я не был бы столь уверен… – с показной иронией ответил я.
– Что? – он сбился с накатанной дорожки и слегка сбавил тон.
– Позади вас, лейтенант, пенек. Пошарьте под ним.
По знаку лейтенанта один из часовых подошел поближе и, пошарив в траве, вытащил малую пехотную лопатку, которую большинство людей невоенных называют почемуто «саперной».
Передал ее лейтенанту.
– И что это?
– А вы у себя под ногами копните, – посоветовал я, присаживаясь на землю. – Я подожду.
Контролировавший меня Смирнов дернулся, но никаких приказаний от командира не последовало. Ждать долго не пришлось, через минуту лопатка лязгнула по металлу.
– Что там у вас? – спросил лейтенант
– Не у вас, а у нас! Авиабомба. Сто килограммов. Вокруг поляны еще три лежат. И в овраге, там, где ваши бойцы сидят, тоже парочка прикопана. Только поменьше, по «полтинничку», нам их далеко тащить было. А надо было все точки заминировать. Мы же не знали, где именно вы бойцов спрячете, вот и минировали все подряд. Вы копайте, копайте, только вытаскивать ее не пробуйте. А то мой зам не так вас понять может и нажмет еще чегонибудь с перепугу…
– Он что – тоже тут?
– Тут, тут… В бинокль смотрит.
– Так… Отставить копать. Михайлюк, вернитесь на пост! – И, повернувшись уже ко мне, спросил: – Что вы хотите?
– Я вам уже сказал.
– Товарищи, – обернулся он к спутникам. – Сами видите, какая обстановка. Отойдите в сторону.
Не зря мы ночью надрывались, таща на горбу пустой корпус от «сотки». Ведь, по сути, мы знали только одно – место, куда «гости» точно придут. То есть – этот холмик. Вот сюда мы и закатили бомбу, а потом битый час ползали по лесу, уничтожая следы.
– Только не очень далеко, а то вас могут неправильно понять. Рванут тогда меня с вами за компанию – и все…
– А могут? – поинтересовался лейтенант.
– А вы проверьте.
– Поверю вам на слово…
Я поднялся с земли и, взойдя на холмик, устроился на пеньке, под которым раньше лежала лопатка.
– Итак, товарищ лесник, я вас слушаю.
– Как я понимаю, вы – командир местного партизанского отряда. Оставлены здесь с задачей организации партизанского движения. Так?
– Так. А кто вы такой?
– Заместитель командира по оперативной части спецгруппы ГУГБ. Капитан госбезопасности. Оперативный псевдоним Бродяга.
– И вы можете предъявить мне документ, подтверждающий ваши полномочия?
– А вы?
– Извольте. – В руках лейтенанта образовалась «шелковка»

с отпечатанным на ней текстом.
И что это тут?
«Лейтенант госбезопасности Зайцев… Является командиром партизанского отряда…»
Подпись, печать – все, как положено.
– Достаточно. Такого документа, как у вас, я не имею.
– Почему?
– Потому что характер полученного нами задания прямо запрещает вступать в контакт с кемлибо из местного населения или представителей партизанского движения.
– Это почему же так?
– Приказ… – развел я руками. – Руководству виднее.
– И я должен вам верить?
– Ну, я же не говорю вам, что у меня нет вообще никаких документов. Во всяком случае, удостоверить свою личность я могу. – И я протянул ему свой «проездной» с вложенной