Прорвав линию времени и оказавшись в 1941 году, наши современники, ветераны Афгана и Чечни, берутся перекраивать историю и меняют ход Великой Отечественной войны!
Авторы: Рыбаков Артем Олегович
мог связаться с Москвой.
– Не ломай голову! Я через канал Зайцева выходил. И его радиста. Почти полсотни километров отмахали.
Я вспомнил, что сегодня Бродягу не видел, и кусочки мозаики встали на свое место:
– Ребята, вы что, решили из Зайцева приманку сделать?
– Нет.
– Точно?
– А на фига нам тебя обманывать?
– Антон, ты пойми, мы совершенно не хотим старлея этого подставлять, но никто не может поручиться, что он приказ наш выполнит и на дно ляжет.
Резон в словах Бродяги был, я уже заметил, что Зайцев, что называется, себе на уме. А уж гонору у него было!
– Понятно… Тогда, наверное, возьмем Приходько с собой, командир. А то сбросят парня, как балласт. Или, что хуже, начнут из него подробности про нас выбивать. Как там было: «Вы все – потенциальные Герои Советского Союза…»
– Заметано, я там еще парочку дельных ребят присмотрел. Толк из них будет, – согласился командир.
– И от меня один, – добавил Бродяга.
– Итого – пять. Остальных передадим партизанам. Кстати, Шура, Зельц справки написал?
– Да. Все – как положено: штамп, подпись.
– Что за справки? – встрял в разговор Тотен, снимая наушники.
– Что не голытьба приблудная, Родину предавшая, а честные бойцы Красной Армии, попавшие в трудное положение. Мы десяток таких еще по дороге из лагеря, где Тоха «загорал», написали. Заодно Лешка в оперработе поднатаскался, на косвенных их истории проверяя, – в голосе Бродяги сквозила неприкрытая симпатия к молодому коллеге.
– Погодите с лирикой, – командир поманил всех к столу. – Алик, ничего нового не выяснил?
– Нет, Саша, в открытую – ничего нового.
– Ну и ладно! – И Фермер развернул еще одну карту, всю испещренную значками. – Это обстановка в районе трехдневной примерно давности, – припечатал он карту ладонью. – Тех фрицев, что на стационаре здесь, мы срисовали процентов на девяносто. Тех, что к фронту едут, – не больше чем на пятьдесят. Но тут уж ничего не поделаешь – сети у нас практически нет…
– И какой маршрут? – поинтересовался я.
– Югоюговосток, к Полесью. Что память тебе подсказывает?
Я почесал затылок:
– Гудериана мы опередить должны, на крайняк – выйдем в полосе ЮгоЗападного, а не Резервного фронта. Хотя, если меня чутье не подводит, рывок второй танковой на юг несколько откладывается.
– Да, ты прав. Разведка сейчас надежней. Значит, так, ребята… После акции нам надо будет полторы сотни камэ в темпе отмахать. Есть, конечно, палочкавыручалочка – жетоны СД, но, как считает Шура, только на первые сутки – не дольше.
Бродяга кивнул.
– Потом, как они прочухаются, начнется тотальная проверка, и нам главное – за сутки уехать как можно дальше.
– Отвлекашки и заманухи? – зная командира уже много лет, я подозревал, что без упомянутых мероприятий не обойдется.
– А ты думаешь, чем Люк сейчас занят? А ты завтра вечером тем же займешься. К сожалению, ближайший хороший мост со стороны Минска в сорока километрах отсюда, так что придется прокатиться. Заряд с часами тебе Шура выдаст.
– Не вечером, Саня. Там замедление на двенадцать часов максимум, – внес корректировку Бродяга.
– Значит, с утра. Теперь порядок работы и отхода… Люк будет обеспечивать предварительную разведку цели. Вот здесь, – и Саша показал на точку километрах в пяти от места засады. – Я, Шура и Казачина – «играем на рояле». («Роялями» мы между собой назвали пульты управления электроподрывом изза большого количества клавиш и переключателей.) «Крупняк» – в моем ведении, буду добивать основного или броню крошить. Там полторы сотни метров, пробью, если что. Ты, Алик, сидишь на контроле эфира и дорабатываешь цель с турели, плотность огня у тебя нормальная.
– А я, а как же я? – голосом мультяшного Карлсона спросил я.
– А на тебе, товарищ старший лейтенант, контроль и учет, без которых, как классики учат, социализма не бывает.
– Вы что, хотите мероприятие снять? – изумился я.
– Да, нам это очень нужно. В Москве – ох как пригодится.
– На фотоаппараты снимать?
– Не только, и на мобилы тоже.
– А как мы… – И тут до меня дошло! На самом деле, если уж мы собираемся легализовываться у наших, мобильные телефоны все равно отберут и содержимое посмотрят, как пить дать. Так что мы ничего не теряем, а, наоборот, только приобретаем за счет такого финта немало «плюшек». Выдохнув, я спросил:
– С деталями снимать?
– Как получится, уж как снимать, тебя учить не надо, сам кого хошь научишь!
– А кто со стороны Минска подходы держать будет?
– Зельц с новичками. К тому же мина твоя нам поможет. Вот смотрите… – и Саша повернулся к карте. – Между Балеринами и Гацуком тринадцать километров. Точка от
