– А это потому, что если на территории дороги даже и объявили усиленный режим, то немцы, даже если бы у них сомнения в вашей подлинности возникли, поступили бы так один отъехал бы, не привлекая внимания, к вам, предъявившим жетон, и остался бы «пасти» издалека, а второй помчался бы в Минск или Слуцк за сотрудником СД. В городе – доклад куратору, тот проверяет по линии третьего и седьмого департаментов и при отрицательном результате едет лично или с «лучшими друзьями» из гестапо или абвера.
– Логично.
– А то! Я инструкцию сам читал. В переводе, конечно. И еще, учти, что некоторое количество «вольных стрелков» «немецкой беспеки» работало под прикрытием. Причем с «шифровкой» на самом высоком уровне – определить, где они могут оказаться в каждый конкретный момент, не взялся бы и Нострадамус, не говоря уже о Глобе. – И Саша довольно ухмыльнулся, мол, «вот какую „крышу“ мы себе смастерили»!
Я его восторги разделял в полной мере, но по врожденной въедливости все равно спросил:
– А местный эсдэшник нас бы арестовал?
– Еще раз повторю, сотрудник спецслужб рейха, предъявивший вместо документов служебный жетон, по умолчанию считается выполняющим специальное задание. Причем неважно, по какой причине, Антон. Профилактика, разработка или еще что – неважно! И его ЗАПРЕЩЕНО, – Саша голосом выделил это слово, – «светить»! И даже при наличии не то что подозрений, но и доказательств сотрудники ГФП и фельджандармерии или полиции порядка, не говоря уже о криминальной, НЕ ИМЕЮТ ПРАВА арестовывать или задерживать сотрудника СД!
– Саш, так про «смежников» я понял, мне про «своих» непонятно.
– А вообще, арест сотрудника Службы безопасности мог быть инициирован только двумя чинами в рейхе – Гитлером и Мюллером. Руководители самой СД, других департаментов РСХА и любые чины СС такого права не имеют! СД вообще считается партийной службой, вроде нашей Комиссии партийного контроля, но руководит ею Гейдрих, начальник Имперского управления безопасности. Там черт ногу сломит, кто и кому в каких случаях подчиняется.
– Это что же, мы неприкасаемые теперь?
– Пока жетоны не светанут – практически да. Да и потом они нам пригодятся. Ладно, пошли в дом – народ музыки жаждет…
– Ага. Саш, а как ты думаешь, кто вместо Гиммлера будет, если у нас все получится? Гейдрих?
Бродяга задумчиво потеребил мочку уха:
– Да они скорее Эрнста сделают рейхсфюрером, чем Рейнхарда!
– Ты Кальтенбруннера
имеешь в виду? – спросил я, подразумевая памятного по «Мгновениям» реального начальника РСХА, сменившего на этом посту убиенного чешскими подпольщиками Гейдриха.
– Нет, Тельмана.
Услышав фамилию вождя немецких коммунистов, я вначале опешил, но потом понял, что Саша пошутил.
– Не, а без шуток?
– А хрен его знает – там такой клубок. Но Гейдрих СС руководить точно не будет – Борман не даст. Ну все, хватит уже высокомудростей, пошли веселиться!
* * *
«Приложение № 4 к следственному делу 123/VII1941
Совершенно секретно.
Протокол судебномедицинской экспертизы.
При обследовании тел, обнаруженных следственной группой на территории Филиала А учреждения № 341 (Дулаг),[172]криминальассистантом доктором Штальзаксеном установлено, что большая часть (48 человек) погибла в результате огнестрельных ранений, а часть (17 человек) имеет повреждения, нанесенные клинковым и ударнодробящим холодным оружием, остальные тела травматических повреждений не имеют.
Из 75 тел, эксгумированных из захоронений, 47 одеты в форму противника, а остальные или раздеты, или одеты в нижнее белье. Никаких документов вермахта или личных жетонов на телах не найдено.
Изза того, что эксгумация была проведена как минимум спустя 3 дня после последнего захоронения, установить точные дату и время смерти не представляется возможным. Я считаю, что захоронения, как и убийство, происходили в интервале примерно двух недель, но в дальнейшем могилы были вскрыты и к ним добавлены новые тела.
Часть тел имеет множественные ранения: так, на одном я насчитал 5 огнестрельных ранений, а на другом 18 колоторезаных ран.
Описания всех тел прилагаются.
12 августа 1941 года. Криминальассистант доктор медикобиологических наук Штальзаксен».
*