Прорвав линию времени и оказавшись в 1941 году, наши современники, ветераны Афгана и Чечни, берутся перекраивать историю и меняют ход Великой Отечественной войны!
Авторы: Рыбаков Артем Олегович
Борисов, БССР. 26 августа 1941 года. 11:05.
Начало нового русского контрнаступления сильно изменило размеренную жизнь штаба группы армий. И дело было не только в масштабах или силе ударов Красной Армии, но, скорее, в несколько необычной для Вермахта ситуации, которую Грейфенберг охарактеризовал на одном из совещаний, сказав: «Господа, нас поймали со спущенными штанами!»
Атака по всему фронту пришлась на крайне неудобный для планирования момент, когда часть соединений еще действовала в соответствии с предыдущими планами, а часть уже пришла в движение для выполнения новой директивы фюрера. Добавили к ситуации сложности и незамеченные ранее на флангах войска, занимавшие к тому же какиеникакие, но укрепленные позиции, отчего бодро стартовавшие на север и юг подвижные соединения безуспешно пытались достичь запланированных темпов наступления. Следовательно, парирование атак русских обходами и контрокружениями в ближайшие несколько дней осуществиться не могло.
Начальник Оперативного отдела повернулся к своему заместителю:
– Хеннинг, что с кавалерией русских в тылу у Штрауса? Есть свежие новости?
– До сих пор не удалось выяснить местоположение основных сил. Сам не понимаю, как им удается с такой эффективностью прятать пять дивизий. Утром имели место разрозненные нападения на гарнизоны и колонны в районе шоссе Велиж – Демидов, но ни разу не было зафиксировано участие сил свыше полка. – Фон Тресков пододвинул шефу несколько листков бумаги: – Вот радиограммы.
– Авиаразведка? – сидевший во главе стола Клюге оторвался от очередного документа.
– Фиксируются перемещения отдельных групп всадников и пехоты, но командование авиационных соединений сомневается в эффективности наносимых ударов. Привлекать эскадрилью для бомбового удара по роте, спрятавшейся в кустах, их не прельщает. К тому же основные силы бомбардировочной авиации и штурмовиков сейчас стянуты к Смоленску и Великим Лукам, – ответил представитель Люфтваффе. – На северном направлении сейчас функционирует только один нормальный аэродром. Сейчас, правда, формируется временная группа из вспомогательных самолетов для поиска и атак прорвавшейся кавалерии.
– Это хорошо. Оберст, а возможно ли наращивание усилий авиации в районе Смоленска? Сейчас русских остановили буквально в нескольких километрах от городской окраины, и если Люфтваффе немного чаще будут их бомбить, уже в самом скором времени пехота отбросит противника.
– В течение следующей недели нам обещали перебросить тридцать самолетов для восполнения потерь. Или же мы можем перенацелить часть сил с южного направления.
– Перенацеливайте. Недели у нас нет! – Фельдмаршал посмотрел на карту, где в глубину позиций германских войск севернее и южнее Смоленска вклинились два «языка». Вернее, три – на северном участке противник наступал по двум направлениям, охватывая Духовщину. Русские наступали, безрассудно растянув фланги атакующих группировок, но проблема была в том, что для сбора сил, способных отсечь их у основания, требовалось время. Пока же русских удавалось сдерживать лишь за счет использования «внутренних резервов», то есть бросая в бой пекарей, кашеваров и прочие тыловые части. Конечно, дивизии 3й танковой группы уже разворачивались от Великих Лук на юг, но, вопервых, часть из них к текущему моменту была скована боями по прорыву обороны противника южнее и юговосточнее этого города, вовторых, изза смешивания на узких лесных дорогах двух разнонаправленных потоков движение в том районе практически встало… Клюге снова, словно не видел ее десятки раз до этого, внимательно вгляделся в огромную карту, расстеленную на столе. «Вот они, слабые точки! В Духовщине много войск, и их правый фланг опирается на не менее сильную группировку в районе Смоленска. А вот севернее от Репино и до озера Белинского по 120километровой дуге вытянулись в нитку всего лишь пять пехотных дивизий: 35, 106, 129, 6я и 26я, – генералфельдмаршал пробежал глазами с юга на север отметки частей. – Уже участвовавшие в боях, некоторые сильно нуждаются в пополнениях. А 129й еще и приходится отвлекать значительную часть своих сил для противодействия прорвавшемуся в глубокий тыл кавалерийскому корпусу русских… А на другой стороне обозначенной синим пунктиром линии фронта – целых две советские армии. Да, каждая из них равна по силе немецкому корпусу, да еще многие стрелковые дивизии в них были практически разбиты во время отступления, но что мешает Тимошенко накопить силы, как он уже сделал южнее?»
– Ханс, что у Гудериана? – командующий отвлекся от размышлений.
– Он сообщает, что разведка вскрыла концентрацию большой массы русских войск юговосточнее
