Настоящая сенсация для любителей фантастики! Никогда не публиковавшийся роман Роберта Хайнлайна, завершенный после его смерти одним из ведущих современных фантастов Спайдером Робинсоном! Здесь есть все то, за что миллионы читателей всего мира любят Грандмастера Фантастики — фирменные хайнлайновские приключения, неповторимый стиль, ошеломляющий драйв и безграничный полет фантазии. Итак, Вселенная Роберта Хайнлайна вновь открывает нетерпеливым исследователям свои бескрайние просторы!
Авторы: Хайнлайн Роберт Энсон, Спайдер и Джинн Робинсон
– Звучит неплохо, – сказал я. – Когда начинать?
– Сейчас.
– Ладно. И как начать?
– Прежде всего ты должен прекратить.
– Что прекратить?
– Все.
– А? То есть… прошу прощения?
– Чтобы повзрослеть, ты должен познать себя. Чтобы познать себя, ты должен прислушаться к себе. Чтобы прислушаться к себе, ты сначала должен научиться самому трудному приему: чертовски здорово заткнуться.
Я был настолько удивлен, что заткнулся, но через пару мгновений сообразил, что это не такая уж глупая реакция, если она непроизвольная. В общем я попытался сделать вид, что прислушиваюсь к себе и даже голову склонил к плечу, как бы слушая воображаемые звуки, а потом попробовал изобразить пантомимой, что меня посетило некое трансцендентальное озарение. Доктор Льюис продолжала бесстрастно смотреть на меня, и вдруг у меня возникло такое чувство, будто я гляжу на себя со стороны и вижу, как я кривляюсь и паясничаю. И тут до меня наконец дошло, к чему она клонила. Я придал своему лицу такое же бесстрастное выражение, как было у Эми, сделал глубокий вдох и изо всех сил попытался прислушаться. К себе… к ней… к чему угодно. Через несколько секунд я зажмурился, чтобы сосредоточиться.
Я не слышу ни черта / минутку / это что, вентиляция? / теперь стало тихо / это глупо / в самом деле, глупо / дурацкая детская игра / прятки идиотские / погоди-ка / гул какой-то / какая-то еле слышная нотка, примерно двадцать оборотов в секунду / нет, две ноты / звучат диссонансом / я никогда не беру диссонансные ноты / откуда же эта дисгармония? / Господи, спать хочется / эй, почему я не слышу собственное сердцебиение? / интересно, не…
– Звучит определенный внутренний монолог, который никогда не прекращается, так?
Голос доктора Льюис напугал меня настолько, что я открыл глаза.
– Да. Да. Так и есть.
– Постарайся прекратить его.
– Прекратить думать? Совсем? Ну, это же один из моих лучших номеров.
– Давай.
Минут пять спустя я признался в поражении.
– Чей голос ты слышишь?
– Свой собственный.
– С кем говорит этот голос?
– Со… со мной.
– Почему?
Это был хороший вопрос. Как для меня могло быть настолько важно говорить себе о том, что я уже знал, что я, похоже, не мог остановиться даже на секунду? Я всегда гордился тем, что умею контролировать собственный мозг… а теперь получалось, что я едва могу управлять тем, о чем он думал. Но заставить свой мозг перестать думать я не мог.
– Не знаю, – признался я. – Видимо, это очень, очень важно, потому что я не могу заставить этот голос умолкнуть даже на такое время, на какое могу заставить себя перестать дышать. Это – как биение сердца, – если оно остановится хоть на несколько секунд, я умру. Но это не может быть так: я много раз переставал думать. Когда был пьян… или курил травку… или принимал успокоительные… когда мне давали наркоз во время операции… – Я умолк, поняв, что не слишком уверен в том, что со мной происходило в эти моменты – я переставал думать или просто переставал регистрировать собственные мысли. – Может быть, и нет. Не знаю.
– Тебе не нужно этого бояться. Это не будет страшно, обещаю.
– Вы уверены?
– В твоем файле говорится, что ты музыкант и композитор, но почти ничего не сказано о том, какую музыку ты предпочитаешь. Классику знаешь? «Beatles»?
– Конечно.
– Отключи сознание и плыви по течению. От этого не умирают. Даже в те времена этот совет был древним, как мир.
Я пожал плечами.
– Хорошо. Как?
– Тысячи лет люди пытались отключать сознание. Это называется медитацией. Есть несколько полезных приемов, которые дошли до наших дней. Иди сюда, я покажу тебе кое-какие из них.
Она встала и направилась к пустому участку комнаты. Глядя на то, как Эми передвигается при силе притяжения, равной одной третьей части G, я догадался, что она – лунянка, но я бы не сказал, что ее походка была такой уж неловкой и неопытной. Она обладала необходимой силой для того, чтобы справляться со своим весом, увеличенным вдвое, и со временем должна была обрести больше изящества в движениях. Так отрабатывают произношение. Я встал и пошел за ней. Она положила на пол два предмета, похожих на здоровенные матерчатые бифштексы. Кажется, это были подушки. Доктор Льюис ловко опустилась на одну из них и скрестила ноги. Мне показалось, что, несмотря на непривычную гравитацию, она вместе с подушкой начала медленно таять и исчезать, словно колдунья. Она указала на вторую подушку.
– Садись, Джоэль.
Я сел гораздо более неуклюже, хотя сила притяжения была для меня родной. Подушка? Странно… Скромных размеров, не больше диванной, обшита мягкой тканью, а набита чем-то непонятным – мягким
