Перемещенный

зайдем, — Степан махнул головой в сторону витрины на противоположной стороне улицы.
— В рыбный?
— Да нет, рядом.
— Букинист. — Сбавив шаг, Нюра на мгновение призадумалась, а затем и вовсе остановилась. — Ну давай, если хочешь. А ты что, книги собираешь?
— В каком смысле?
— Ну… — она явно затруднялась с ответом. — Книги — их же собирают!
— Может кто и собирает. А я — читаю. Что странного?
— А инфоцентр тогда на что? Там же все обо всем прочитать можно. И друзей встретить, и поболтать. Так как ты у нас вообще не читает почти никто, а книги так — для коллекционеров.
— Ну так то у вас. А я в одиночестве почитать люблю, лежа на диване. И чтобы не трогал никто.
— Даже я? — Нюра плутовато улыбнулась.
— Нет, ты — случай особый, — проговорил он со всей строгостью, на которую только был способен. Самому же чертовски захотелось прижать к себе, каждой частицей своего тела ощутить тепло, исходящее от этого вздорного, противоречивого существа.
Лавка букиниста ничего особенного из себя не представляла: помещение шагов двадцать в длину, сплошь заставленное многоярусными рядами книжных полок с единственным прилавком, у которого, в сущности, и свершалось таинство купли-продажи. Клиентов, как ни странно, хватало. Все они рылись по полкам, что-то выбирали, советовались друг с другом, время от времени подзывая для консультации быстрого, как ртуть, продавца с ярко выраженным одесским акцентом. Еврей, никаких сомнений. Причем наверняка не местного разлива, а точно такой же, как и Степан, «выкидыш».
— Молодой человек, вы каким годом интересуетесь? — продавец, завершив деловой разговор с представительного вида унтерфельдфебелем, приблизился к нему с явным желанием помочь сориентироваться в этом царстве запыленных фолиантов.
— Без разницы.
— Ну тогда все понятно. Издания с ограниченным тиражом, разумеется. Чтож, сегодня вам несказанно повезло. Как насчет автобиографии Курта Вогела, датированной тысяча восемьсот двенадцатым годом? Или «Правила хорошего тона» княжны Анастасии Белявской? Поверьте, очень редкая книга. В мире их насчитывается всего четырнадцать экземпляров. И совсем недорого!
— Уважаемый, мне бы почитать чего. И, желательно, посвежее.
— Почитать???
Удивление продавца было столь очевидным, что Степан счел за лучшее пояснить:
— Почитать. На русском языке. Детектив, приключения, можно историческое что-нибудь.
— Детектив, приключения, историческое… — продавец буквально смаковал каждое из этих слов, любовно повторяя их снова и снова. Глаза его горели, морщины на сморщенном, словно печеное яблоко, лице, почти совершенно разгладились. — Удивили вы меня, честное слово, — вымолвил он наконец, оправившись от волнения. — Хорошо, я попробую подыскать что-нибудь подходящее. Вы мне скажите только одно: стоит Одесса?
Степан понимающе усмехнулся:
— Стоит, куда денется.
— Ну, спасибо, успокоили старика. Вот, возьмите, — он извлек откуда-то из-под прилавка одну за другой четыре стопки книг общим количеством штук в тридцать и подвинул их в сторону Степана. — Выбирайте. Только имейте в виду: ни одна из этих книг не продается. Прочитаете — вернете.
— Почему так?
— Хорошие книги — в этом мире редкость. Печатают их крайне мало, а то, что выходит в свет, чаще всего годится разве что на распалку.
— Что, все так плохо?
— Не то слово. Так что вы берете?
— Даже не знаю. Вот эту разве что, — Степан пододвинул к себе потрепанный томик с выцветшей обложкой, на которой был изображен несущийся во весь опор всадник с копьем наперевес.
— «День гнева» Семюэля Гаста. Чтож, неплохой выбор. Еще что-нибудь?
— И эти две, — вытащив наобум из вороха книг пару первых попавшихся, он выложил их на прилавок рядом с первой.
Нюра тоже вытащила одну и теперь листала ее с неожиданным интересом, переворачивая одну за другой пожелтевшие от времени страницы.
— А я эту возьму. Можно?
— Сборник сказок Ивонны Морвининой? Вы уверены?
— Да. А что?
Степан ехидно ухмыльнулся и тотчас же охнул, получив ощутимый тычок под ребро острым девичьим локотком.
— Нет, ничего. Берите конечно. Только пожалуйста, постарайтесь держать их у себя недолго.
— А можно мы их вам посылкой отправим? — Нюра заграбастала понравившуюся ей книгу и сунула ее в котомку Степана.
— Вот, возьмите визитку. Отправите их по этому адресу. А я вам потом еще что-нибудь вышлю, если пожелаете.
— Спасибо огромное. Сколько мы вам должны?
— Нисколько. Читайте себе на здоровье.
— Неудобно как-то, — Степан с сомнением вертел в руках один