Пересекающиеся параллели

— Можно увидеть Игоря? – Уля полностью одернула свитер уже в коридоре, сразу став похожей на беженку – умыться ей дали, но вот общая нестерильность организма в глаза все-таки бросалась. Как и то, что одета она очень уж странно.
— Ему сейчас делают гемодиализ, так что ближайший час-полтора точно не увидишь, — Андрей ничего не добавил, но брови недовольно нахмурил.
— А зачем ему гемодиализ? – Уля даже сбилась с шага, но все равно послушно шла за ним. Да тут и не дернешься особо, если тебя держат за руку.
— Ты пробыла под той дрянью сутки, а он почти неделю. С ним будет все нормально, не переживай.
— Да я в этом и не сомневаюсь, просто… — она замялась, остановившись за углом изгибающегося коридора. – И понимаю, что после всего, что случилось, Лешке веры нет никакой. Но он сказал, что именно Игорь был инициатором всего этого.
Рассказывая это, она чувствовала себя едва ли не предательницей, но в произошедшее вовлечены не только они двое, но и его семья. В противном случае, Уля, естественно, до разговора с Игорем и слова бы никому не сказала. И Лешке теперь вообще не верила, только забыть все это не получалось, а решить этот вопрос сама она точно не сможет. Значит, нужно обратиться за помощью к тому, кто в этом больше понимает.
— Уль, это полный бред, — Андрей тоже остановился, упрямо покачав головой. – Он, конечно, бывает придурком, но на такое не пошел бы.
— Да я знаю, просто… — она обреченно махнула рукой. – Просто не могу это забыть.
Андрей положил руку ей на плечо и чуть сжал пальцы. Конечно, не может, тем более, сейчас, когда все только-только закончилось. И что теперь постоянно настороженно оглядывается, тоже вполне объяснимо. Остается только надеяться, что это скоро пройдет…
— Как только он немного очухается, поговоришь с ним. Тебе сейчас самой нужно нормально отоспаться, скоро на ногах держаться перестанешь.
Может, Андрей и продолжил бы её успокаивать, но тут из-за угла показался Сашка, успевший набросать заявления в свою родную организацию.
— Все написал, подпиши тут и тут, — он сунул Ульяне бумажки. Почерк у него был на редкость ровным и даже красивым. – А ты что думала, у нас большая часть работы в этом и состоит, — заметив её взгляд, он дождался, когда она мельком просмотрит бумаги и распишется, и спрятал их во внутренний карман куртки. – Ну, что врач сказал?
— Жить буду, — пользуясь остановкой, она подтянула шнурок на кроссовке, потому что со скоростью ходьбы Андрея у неё на это времени не было, а растянуться, запнувшись о собственную обувь, все-таки обидно.
— Уже хорошо. Пошли в машину, развезу по домам.
— Отвези к родителям, мы пересядем на мою, — Андрей все так же крепко держал её за запястье. Не сжимая, но и без слов давая понять, что права голоса у неё пока нет.
Хотя возразить хотелось… Но не до такой степени, чтобы устраивать сцену прямо в приемном отделении больницы. Кто его знает, может, у них там и отделение для буйных есть, а по виду они прямо лучшие кандидаты на заселение в него.
— Ну, как хотите…
Куртку она Андрею вернула, все-таки от вида того, как он ходит по холоду в одной футболке, Улю и саму мороз пробирал. Но в дальнейшем же ничего не изменилось. И особого счастья на лице тоже не наблюдалось. Да и зачем он хочет отправить куда-то Сашу, как раз понятно – можно будет всласть поорать, рассказывая, как глупо и безответственно она поступила. В принципе, Уля и сама была согласна с этим утверждением, но сейчас больше всего хотелось просто свернуться под одеялом. Ну, ещё можно, чтобы мама гладила по волосам и говорила какие-нибудь ласковые слова.
Довольствоваться же придется злым Андреем, который, того и гляди, начнет плеваться пламенем, и теми словами, которые пожелает сказать… А, ладно, зато она ЖИВА!
И таблетка, наверное, ещё действует, если думает она именно так…
— Ульян, — Сашка повертел ключи в руках, не спеша садиться за руль, — тут такое дело – вы с Игорем были почти в равных условиях, разве что он сидел там намного дольше. Но его планировали если не отпустить, то и вреда не замышляли. Тебя раздели и заперли в подвале… Может, ты знаешь что-то такое, что объяснит эту разницу?
Она и сама об этом думала, и немало. Все равно заняться, пока тебя осматривают и тыкают иголками в руки, больше нечем. Никакого компромата на Лешку у неё не было, да и друзьями их не назовешь, скорее, хорошими знакомыми.
— Я не знаю. Мы были не особо близки, просто в одной компании.
Андрей помог ей сесть на заднее сиденье, и, как и по пути сюда, устроился рядом. Пусть сейчас Уля уже почти согрелась, да и дрожь была, больше нервного свойства, но все равно было как-то спокойнее. О причинах таких ощущений она не задумывалась, предпочитая сосредоточиться на более неотложных