Пересекающиеся параллели

делах.
— Ну, не знаю… Может, вы раньше встречались?
— Нет, — это прозвучало твердо. Понятно, что у мужиков свой взгляд на межполовую дружбу, но не нужно думать, что с каждым из своих друзей-парней она спала.
Андрей и вовсе сидел совсем тихо, чем начал понемногу нервировать. Это ненормально, когда человек так напряжен – а степень натянутости его мышц она прекрасно ощущала – и молчал. Потому что потом, когда его прорвет, будет намного хуже.
Разговор затих сам собой, Сашка больше не лез с вопросами, Уля все чаще зевала в кулак, делая усилия, чтобы держать глаза открытыми. Андрей же закопался в своем телефоне.
Дома никого не было – родители уехали к Игорю, домработница уже закончила трудовой день и ушла домой, поэтому все выглядело если не вымершим, то затаившимся. И сам дом, казалось, наблюдает за прибывшими из-под полуопущенных штор.
— Спасибо, что помог, — Андрей, на пару секунд отпустив Улю, хлопнул Сашку по плечу. – Буду должен.
— Потом разберемся, — тот сдержанно улыбнулся и повернулся к девушке. – Ну, отдыхай, отсыпайся. И больше никуда не лезь одна.
«Ещё один на мою голову…»
Но вслух Уля произнесла другое:
— Спасибо большое, — она подошла и легко обняла.
— Обращайся, если что. Не знаю, как вы, а я устал, так что поехал домой, — махнув на прощание, он сел в свою «Тойоту», и, спустя несколько секунд, машина скрылась за поворот дороги, оставив Улю и Андрея наедине.
— Садись, — он подтолкнул девушку к пассажирской двери внедорожника.
— Может, я сама?
Отвечать не пришлось, Ульяна и по взгляду поняла, что лучше молча сделать так, как попросили. Тем более, что уехать отсюда можно только на такси, а денег у неё все равно нет, не пешком же через половину города бежать…
Вот только отвез он её не к общежитию, хотя направление было, приблизительно, верное.
— Где мы?
Уля осмотрелась. Дом старой постройки, скорее всего, «сталинка» судя по его высоте. Двор, перекрытый воротами, да и само место было не просто чистым, а почти стерильным. Казалось, даже бархатцы на узких клумбах растут в строго определенном направлении и стоят навытяжку. Что уж говорить про все остальное… Да и судя по припаркованным машинам, живут тут люди совсем не бедные.
— У меня дома. Сейчас пойдешь отогреваться, поешь и ляжешь спать. Утром отвезу в общежитие.
Ей очень хотелось ответить, что он может сделать это прямо сейчас, но Уля промолчала. И спорить, честно говоря, сил уже не было, да и переубедить его почти невозможно, в этом она убеждалась уже не раз. Но окончательным тезисом в пользу сомнительной ночевки было отсутствие в общаге ванны. Да даже если бы она и была, Ульяна бы в неё точно не полезла…
А вот останавливал тот их поцелуй. Скорее всего, продолжения эпизода не будет, но… Как-то неудобно все-таки. Они слишком мало знакомы, чтобы можно было так запросто остаться ночевать.
— Ааа…
— Совсем дурочкой не будь, я к тебе не полезу, — Андрей подъехал вплотную к бордюру, огораживающему цветник, и остановился.
Несмотря на общее состояние, Уля все-таки умудрилась немного покраснеть. Кошмар просто, ну, почему нельзя, как с другими – оставаться на расстоянии вытянутой руки, без слов намекая, что приемлет только дружеские ощущения? Андрею же на всякие намеки было плевать, он, наверное, и её краску не заметил, но выйти из машины помог.
— У меня нет вещей…
Как будто этот аргумент мог его смутить.
— Найдем.
Почему-то как выглядит подъезд, Уля не запомнила вообще. Разве что отметила, что идти недалеко – всего-то на второй этаж.
А вот в прихожей она замялась, не зная, куда себя деть.
— Проходи, я сейчас, — Андрей, не глядя на свою гостью, прошел по коридору и скрылся за углом.
И куда ей теперь деваться? Да и проходить она не станет – подсохшая грязь начала сыпаться с джинсов, пачкая светлый ламинат пола, так что девушка предпочла остаться там, где находилась. Разве что аккуратно присела на край пуфика, ноги уже почти не держали. И уйти никак нельзя – некоторые бомжи и то выглядят презентабельнее. Да и ключей от запертой двери не видно…
Именно этот факт всерьез пугал. Нет, умом она понимала, что Андрей ей ничего плохого не сделает. Ну, скорее всего… Но вот то, что он запер дверь, не только настораживало, но и поднимало всю ту гадость, которую успела передумать, пока сидела взаперти. Про друзей и врагов, про то, что нельзя никому доверять. И про все, что ещё не сделала, но так хотелось.
Вообще понимание, что отнюдь не бессмертна и можешь умереть только потому, что кому-то этого захотелось, пришло настолько неожиданно и остро, что теперь Ульяна никак не могла успокоиться. Быть хорошей девочкой, благодарной дочерью и старательной