Пересекающиеся параллели

намекнуть, что её эта показательность уже немного достала, и хочется, чтобы он снова стал собой? А то такие перемены пугают и настораживают.
Но пришлось возвращаться к личности дарителя.
— Ты говорил с ним об этом? – она откинулась назад ещё больше, опершись ладонью на его колено. Надо же как-то равновесие сохранять.
— Конечно.
Пока она отвлеклась, обдумывая, какими именно словами назвать друга, пальцы аккуратно прокрались её под свитер, совершенно так случайно устроившись на голом животе.
— И что он сказал? – наверное, накаркала, ворона. Вот и дождалась, когда ненавязчиво начали соблазнять. И то, что они сейчас в машине, стоящей на обочине трассы, а за окном белый день, не особо как-то и остужало голову. Хотя, конечно, вносило свои коррективы, не до такой степени ещё, оказывается раскрепощена…
— Когда вы были в пещерах в первый раз, он спускался в ту комнату. – Уля качнула головой и беззвучно выругалась. – Нет, я бы его назвал хлеще, но что теперь об этом… И искали те мужики именно Игорька.
— Странно, они ведь знали, что мы там… Почему не припрятали все ценное? – поскольку Андрей перестал потихоньку поглаживать её по животику, Уля шевельнулась, чтобы встать. Ну, или спровоцировать на какие-то действия. Второе получилось, а вот с первым полный облом – отпускать её никто не планировал.
— Может, не думали, что вы туда полезете? – горячее дыхание щекотало затылок и заставляло Улю потихоньку ежиться. Оказывается, у неё очень чувствительная кожа, и подтверждений этому с каждым днем становилось все больше.
— Вряд ли… Мне кажется, тут что-то другое. Зачем он их забрал? Ведь сразу ясно, кто украл, Игорь не мог не понимать, что подозревать будут именно нас.
Ворот свитера потихоньку сполз вниз, обнажая шею, которую тут же поцеловали. Наверное, исключительно из согревательных соображений.
— Он собирался навести туда ментов.
То есть, сделать то, что сам Андрей отказался. Кстати, он же обещал попробовать как-то повлиять на ситуацию. Вот только теперь Уля уже более здраво смотрела на вещи и понимала, что в курсе слишком многие, чтобы все это осталось незамеченным. Правильно он тогда говорил, что они не полезли бы копаться, не имея «крышу». Господи, вот ведь дурой наивной была… Правда, сейчас изменился разве что второй показатель, но никак не первый. Иначе уже давно что-то предприняла бы, а не лежала довольной кошкой на груди Андрея, не зная, что делать.
— Справедливо, но глупо. Ведь копатели вернулись бы туда уже через пару недель, так?
— Да.
Целовать он её перестал, что Уле не очень понравилось. Она даже нахмурилась, но вслух возражать не стала. Зато в отместку отодвинулась, тем более, что руки он тоже убрал.
— Зачем ты мне это показал?
— Чтобы ты убедилась, что одной по улице тебе пока лучше не ходить. Мы не знаем, где Мартынов, а тут ещё и эти придурки точно оскорбились.
Теперь он смотрел серьезно, ни улыбки, ни смешинки в глазах. Даже как-то слишком серьезно, и от этого становилось тревожно. Ульяна кивнула, соглашаясь с его доводами:
— Ещё что-то?
— Твой паспорт всплыл у какой-то приезжей девчонки. Криминала нет, на него ничего не успели оформить, но в понедельник нужно будет заехать в отделение, твое заявление у них и так есть, осталось только на пару вопросов ответить. Ей его кто-то продал, всего-то фотку переклеили.
Почему-то сейчас стало как-то холодно, даже пришлось обхватить себя руками. Наверное, ещё не раз вот так будет замирать, снова вспоминая и подвал, и свои мокрые от выстилавшей пол жидкой грязи коленки. Ссадины на руках уже зажили, но Уля все равно посмотрела на костяшки пальцев.
— Улька, перестань, все уже прошло.
Ему легко говорить… Или не очень легко, он тоже много что там вытерпел, так что думать так будет несправедливо.
Она отвлеклась от сосредоточенного созерцания своих рук и повернулась к Андрею.
— Спасибо, что поехал со мной. Мне очень приятно.
— Могла бы попросить, — он снова завел машину и, пропустив пару авто, выехал на трассу.
— Мне как-то и в голову, если честно, не пришло.
— Эх, ты…
Уля хмыкнула и снова задумалась.
Она за эти пару недель не то, чтобы забыла, с чего все началось, но как-то уже отошла от произошедшего. И теперь, когда услышала все это, снова почувствовала какую-то растерянность. Наверное, потому что так и не поняла – за что?
К дому они подъехали буквально через двадцать минут, сказывалось весьма умеренное дорожное движение маленького городка и высокая посадка автомобиля Андрея, героически преодолевшего внушительную лужу на въезде во двор. Хризантемки уже отцвели, да и ромашки под холодным дождем давно облетели, так что теперь здесь