Пересекающиеся параллели

может обидеться, решив, что дочь её стесняется. Ой, одни глупости в голову лезут!
— Да, но у нас же есть дети из малообеспеченных и многодетных семей, им администрация должна выдать библиотечные. Сама знаешь, там учебникам по пятнадцать-двадцать лет, программа уже несколько раз успела смениться. Теперь не знаю, как будем все это организовывать. Сегодня после торжественной линейки решали, что делать – кабинет физики и химии покрасили только на прошлой неделе, раньше деньги не выделяли, там теперь такой запах… Взрослым находиться нельзя, что уж говорить про ребенка. Будем думать, как до конца недели совмещать уроки и где их проводить.
— Понятно… Надеюсь, ты сама не надышалась?
— Нет, оттуда же до моего класса далеко, так что все нормально.
Пока мама рассказывала о последних новостях с работы, Уля заметила одну странность. Явная радость от неожиданного приезда дочери сопровождалась какой-то нервозностью. И глаза на неё мамуля почти не поднимала. А если встречалась взглядами, то сразу резко опускала ресницы. Тонкие пальцы с неизменно аккуратными коротко остриженными ногтями, комкающие салфетку.
— Мам, у тебя все хорошо? – почему-то аппетит резко пропал, и девушка отодвинула тарелку. – Ты нормально себя чувствуешь?
— Да, конечно, — судя по тому, как резко она встала, до «нормально» было далеко. – Просто есть не хочется, а ты кушай.
Маленькая кухню пространства для маневра не оставляла, поэтому Нина Алексеевна замерла возле окна, делая вид, что поправляет листья собирающегося вот-вот зацвести лилейника.
— Мамуль… — Уля тоже поднялась и, потихоньку подойдя сзади, положила ладони на её плечи. – Может, я не вовремя?
— Глупостей не болтай! Просто… — она на секунду закрыла лицо руками и покраснела так, что заалели даже мочки ушей. – Я сегодня на свидание иду.
Когда мама выпалила это, причем с точно такой же интонацией, как сама Уля, когда в глубоком детстве разбила хрустальную вазу, девушка хмыкнула и закрыла глаза от облегчения. Наверное, потому что чувствовала какую-то подсознательную вину, что оставляет маму одну. Да, образование вещь необходимая, и без него не проживешь, но родители и вовсе единственные. Поначалу, когда вырвалась из-под её опеки в большой город, такого и близко не было, а вот последние год-полтора все чаще задумывалась о том, чтобы уговорить маму переехать. И тосковала. Сильно.
— Правильно, это смешно, — похоже, что её реакцию расценили как-то не так. Во всяком случае, плечи под Ульяниными ладонями опустились. – Тетке под пятьдесят, а она все девчонкой себя считает…
— А вот теперь глупости говоришь ты, — воспользовавшись преимуществом в росте, Уля обняла маму, прижавшись щекой к виску, и обвила руками её талию. – Ты не тетка, а красивая сорокачетырехлетняя женщина. Умная и замечательная. И вообще самая лучшая. Если ты думаешь, что я против, то прекрасно знаешь — это не так. Так что перестань сутулиться и рефлексировать, пойдем тебе платье выбирать.
— Да уже и выбрала, и отгладила… — судя по немного расслабившейся спине, слова дочери если полностью не успокоили, то чуть уменьшили внутреннее напряжение. – Ты, правда, не против?
— Главное, чтобы он тебе нравился. И чтобы тебе с этим человеком было хорошо и комфортно. Можешь не просто на свидание пойти, а выйти за него замуж и ребенка ещё одного родить, от этого ты не перестанешь быть моей мамой. И любить тебя меньше я точно не стану.
— Я тебя тоже люблю…
— Мам, ну, не надо, а то сейчас тоже разревусь… — Уля шмыгнула носом и быстро-быстро заморгала, пытаясь стряхнуть непонятно откуда взявшиеся слезы. – Лучше давай помогу волосы уложить. И не плачь, глаза красные будет.
— Господи, никогда не думала, что собственная дочка будет собирать меня на свидание, — Нина Алексеевна глубоко вздохнула и задержала дыхание, стараясь успокоиться. – Ты сегодня дома будешь?
— Нет, мне ещё нужно отбежать по делам, так что можешь смело нарушать комендантский час. А утром сделаешь вид, что пришла до полуночи.
— Уля!
— Ладно, шучу, — рассмеявшись, девушка увернулась от руки, попытавшейся поймать её за ухо. – Я его знаю?
— Это Виктор Сергеевич из двадцать третьей квартиры…
— А, помню. Приятный мужчина. У него, по-моему, сын военный? – убрав со стола, Уля поставила тарелки в раковину.
— Да, а сам он работает хирургом в нашей больнице. Семь лет назад овдовел. Давай помогу посуду помыть.
— Не надо, я сама. А познакомились как? – мельком посмотрев за окно, девушка поняла, что там уже смеркается. Значит, сейчас быстренько все уберет, отправит маму на свидание и пора приступать к активным поискам.
— Я из магазина с тяжелыми сумками шла, а он предложил подвезти. Потом просто