Пересекающиеся параллели

народ загадочный. – А Андрею не давай садиться себе на шею, а то он сразу начинает свою волю диктовать.
— Мы не настолько хорошо знакомы и плотно общаемся, чтобы кто-то садился другому на шею, — Уля осторожно положила ладонь на подставленный локоть.
— Да это я так, для общего развития, — продолжать эту тему он не стал, направившись в находящуюся рядом столовую.
Там было темно, только откуда-то из коридора доносился негромкий разговор. Одной из собеседниц была Ольга Николаевна, а вот кто вторая – Ульяна определить не смогла.
— Может, давайте на кухню? – правил этого дома девушка не знала, да и не особо стремилась к этому, но лезть в разговор хозяйки, отвлекая её, все же не хотелось.
— Ну, давай туда. Все равно не люблю эту комнату, на кухне как-то вкуснее, — несмотря на кажущуюся почти веселость, было заметно, что все совсем не так радужно.
И роль радушного хозяина давалась Ивану Петровичу с большим трудом, но Уля благоразумно не указывала на это и старательно подыгрывала. Хотя зачем это делает, сама не особо понимала, разве что из чисто человеческого желания поддержать. Как говорится, вреда от неё нет, но и толку – тоже. Зато есть возможность отвлечься, побыть среди тех, кто уже в курсе. Если вернется сейчас к девочкам, придется все пересказывать, отвечать на вопросы, слушать охи и ахи. Понятно, что Светка с Лизой тоже переживают, Игорь и их друг, но моральных сил проходить через это ещё раз у Ульяны пока не было. Конечно, через пару часов, когда Андрей вернется, она уедет в общежитие, но пока есть возможность немного это отсрочить, стоит ею воспользоваться.
— Устаивайся, — мужчина мягко подтолкнул её к высокому стулу возле круглого стола. Как и почти вся кухня, он был белым, накрытым зеленой скатертью. Никаких тебе кистей и прочих элементов ретро, если в остальном доме был какой-то легкий (или не очень) флер старины, то тут только функциональность и эргономичность. Даже поначалу показалось, что они попали в какое-то другое место, настолько был велик контраст.
— Зачем вам тогда столовая? Тут очень уютно, — Уля тронула сложенную вчетверо салфетку оттенка свежей мяты.
— У нас много родни, а я не люблю собираться в кабаках, — Иван Петрович включил электрический чайник. – Что хочешь?
— Если честно, то ничего, но и мне, и вам нужно поесть, — девушка резко встала, когда на пороге кухни появилась Ольга Николаевна.
— Я вас немного потеряла, — несмотря на гораздо лучшее владение собой, чем у мужа, и её улыбка была ненатуральной. Только прикрывала она не недовольство или неприязнь, а растерянность и непонимание того, что вообще происходят. Как и тонкие пальцы с двумя перстнями на каждой руке, теребящие пояс накинутого поверх платья кардигана. И каждое движение, вроде, и неторопливое, но какое-то рваное, словно она сдерживает себя или же, наоборот, заставляет, только силы заканчиваются раньше, чем было задумано.
— Уля пытается заставить меня поесть, — Иван Петрович негромко звякнул чашками, возясь с заварочным чайником. – Присаживайся, Оль. А ты чего вскочила? – это уже Ульяне, которая так и осталась стоять, разве что зачем-то завела руки за спину. Но что-то, похожее на благодарность, во взгляде женщины рассмотрела. А может, и ошиблась, в неярком свете вообще просто ошибиться.
— Присаживайся, — хозяйка кивнула все на тот же стул, который уже успела немного обжить Ульяна. Той ничего не осталось, кроме как последовать приглашению.
Разговор не клеился, причем, совершенно. Пара слов о чае, комплимент домработнице по поводу пирога с персиками.
Снова неловкая тишина, от которой Уле очень хотелось поерзать, но она сдерживала себя силой воли. Но терпение заканчивалось, а желание сбежать отсюда возрастало в геометрической прогрессии от каждой прошедшей минуты.
— Уже поздно, мне, наверное, пора, — с трудом высидев положенное этикетом время, она отложила вилку и поднялась. На тарелке так и остался почти целый кусок пирога, которой девушка, скорее, расковыряла, чем съела.
— Ты же хотела дождаться Андрея, — Иван Петрович тоже перестал делать вид, что ест, но хоть немного проглотил, уже хорошо.
— Он может задержаться, и я…
— Андрей может не появиться до утра, — Ольга Николаевна к еде вообще не притронулась, но чай выпила. – Я приготовила для тебя комнату Игоря.
Предложение было, что и сказать, необычное. Особенно со стороны его матери, у которой сложились определенные выводы о девушке сына. И скрывать она их не собиралась, так что нынешнее радушие Улю сильно насторожило.
— Там уже темно, так что или ждешь Андрея, чтобы он отвез, или останешься здесь, кто же тебя одну отпустит на такси, — давая понять, что разговор закончен, Иван Петрович поднялся.