Пересекающиеся параллели

обиды и слезы. Детский психолог не нашел у ребенка никаких отклонений, выдав резюме, что есть дети шумные и активные, а есть тихие и внимательные. И пытаться изменить Олега не нужно. Никаких проблем с общением у него не было, речь для своего возраста более, чем развитая, так что нужно от него просто отстать и дать развиваться, познавая мир.
Постепенно Ульяна если не успокаивалась, то как-то концентрировалась. И злость теперь стала просто холодной ненавистью, вот только найти бы того, кто станет объектом…
Когда мобильник зазвонил, у девушки даже появилось подспудное желание, чтобы это был он. Тот самый «храбрый» мужик, который только и может прикрываться маленьким ребенком, чтобы заставить её действовать по своему усмотрению.
Но это оказался Андрей.
— Привет, ты где есть? Занятия закончились, я подъехал к общаге, но ты не дома.
— Добрый день, — Уля отошла на пару шагов, мало ли что он там сейчас скажет, вдруг получится, что Лиля что-то расслышит. – Просто нужно было сначала позвонить и узнать, где я. Что ты хотел?
— У нас мозговой штурм, думал, тебе будет интересно.
— А кто входит в понятие «нас»? – предложение заманчивое, но посвящать лишних людей в проблемы, ставшие отголосками похищения Игоря она не хотела.
— Я, папа, Сашка и его отец. Ну, и ты, если, конечно, интересно.
Очень хотелось уточнить, зачем привлекать ещё и брата Ивана Петровича, но потом Уля вспомнила, что он юрист. Тогда, наверное, это имеет смысл…
— Да, я тоже хочу с вами. А где все собираются, у вас дома? — девушка, осторожно ступая, чтобы не разрушить творения юного гения, пробралась в песочницу и поцеловала Олега в пухлую щечку. Мальчик воспринял лобызание сестры с поистине самурайским спокойствием, продолжая возводить какое-то замысловатое песочное сооружение.
— Нет, в офисе. Знаешь старое здание напротив драмтеатра?
— Знаю, я же была на открытии расположенного на первом этаже салона.
— Точно, как-то я это упустил… Где ты?
– Я сейчас в парке возле нового храма, так что подъеду минут через сорок, а то и через час, — помахав на прощание Лиле, которая уже переговаривалась со знакомой мамочкой, выпасающей тут же свою дочку, Ульяна направилась к остановке.
— Ага, понял. Там на углу, где раньше был памятник какому-то пионеру, есть лавочки. Жди возле них, сейчас подъеду.
Сообщить, что добраться она вполне может и самостоятельно, Уля не успела, он уже положил трубку. Хотя, может, и к лучшему, успеют поговорить без свидетелей…

Час-пик ещё не начался, но проехать через центр все равно было весьма и весьма затруднительно. Господи, когда уже построят метро, ведь статус «миллионника» официально подтвердили ещё полтора года назад…
Хотя, если подумать здраво, то ответом будет «Никогда» и вовсе не из-за близкого залегания грунтовых вод. Потому что вряд ли кто-то рискнет нарушить монополию на перевозку пассажиров, если две крупнейшие компании, владеющие большинством маршрутов, принадлежат сыну мэра города и зятю губернатора области.
Все-таки дурь в голову лезет, наверное, от недосыпа и общей нервозности…
Андрей раздраженно выбросил наполовину выкуренную сигарету в окно и поднял стекло, отрезая салон от запахов и звуков улицы. Поток транспорта вяло дернулся, проползая пару десятков метров, и снова замер.
Доехать бы до поворота на набережную, а там срежет, но ведь и эти полкилометра ещё нужно протащиться.
Сашка только подтвердил его собственные догадки, что узнать, кто именно отправлял сообщение, будет почти невозможно. А если учесть, что осталось двое суток, то и совсем дохлый номер. Да, возможность получить записи с камер наблюдения есть, но… Только на то, чтобы пересмотреть их все, уйдет несколько дней. Это даже не учитывая то, что вай-фай добивает и на стоянку у торгового центра, и отправитель мог вообще нигде не засветиться. Да даже если бы и посадили несколько десятков человек и раздали им нарезку записей, не факт, что похититель знаком. Да, есть признаки, указывающие на то, что они присматривают за семьей, но кто знает, насколько близко…
Деньги собрали, это как раз было самым простым из предстоящего, но, одновременно, рождало вопросы. Сумма, которую запросили, весьма немаленькая, только она вполне подъемная, почему не потребовали больше? Не знали истинный размер благосостояния, или тут что-то другое?
Голова снова от нытья перешла на уровень хорошей такой боли. Проглоченная утром таблетка все равно не помогла, поэтому повторять прием лекарства он не стал. Вчера она так и вовсе раскалывалась, грозя лопнуть от любого звука или яркого света. Как ни странно, помогла ему Ульяна. То ли она владела какой-то неизвестной техникой