Пересыхающее озеро

машины у автовокзала в разные концы страны ушло около тридцати автобусов. Но ни один из водителей не заметил его на своем маршруте. Никто его не видел. Следователь утверждал, что водители должны были запомнить его, если бы он сел в автобус, но я-то знаю, что инспектор просто хотел успокоить меня. По-моему, в полиции думали, что он жив и здоров и вернется домой. Они уверяли меня, что временами им звонят обеспокоенные жены, в то время как их мужья заливают где-нибудь в городе.
Женщина сделала паузу и потом продолжила:
— По-моему, они не стали утруждать себя серьезным расследованием. Мне кажется, что полиция не была в этом заинтересована.
— Как вы думаете, почему он оставил машину у автовокзала? — спросил Эрленд. Он заметил, что Сигурд Оли записал замечание по поводу работы полиции.
— Не имею ни малейшего представления.
— Может быть, кто-то другой припарковал туда машину? К примеру, чтобы ввести в заблуждение полицию, да и вас тоже. Чтобы думали, будто он уехал из города.
— Не знаю, — проговорила женщина. — Мне, конечно, приходила в голову мысль, что его попросту убили, но я не понимаю, кому потребовалось убивать его, и еще меньше — зачем. Просто ума не приложу.
— Часто все происходит по чистой случайности, — сказал Эрленд. — Не всегда нужно искать объяснения. В Исландии убийства редко происходят по какой-то реальной причине. В большинстве случаев это либо авария, либо результат сиюминутной ссоры, необдуманной и совершенно бестолковой.
В рапорте по этому делу также значилось, что в день происшествия пропавший мужчина был в разъездах и к вечеру собирался вернуться домой. Фермер из столичного региона намеревался купить трактор. Исчезнувший коммивояжер хотел съездить к нему, чтобы заключить сделку. Однако фермер утверждал, что коммерсант до него не доехал. Он прождал его целый день, но тот так и не появился.
— Все, казалось, шло как нельзя лучше, а он вдруг взял и исчез, — сказал Сигурд Оли. — Что, по-вашему, могло все-таки произойти?
— Он не собирался исчезать! Зачем вы так говорите? — обиделась женщина.
— Простите меня. Конечно, нет. Он просто пропал, — попытался оправдаться Сигурд Оли. — Извините.
— Я ничего не знаю, — вздохнула женщина. — Иногда он был не в духе, мрачнел и хранил молчание. Может быть, если бы у нас появился ребенок… Возможно, все пошло бы совсем по-другому, если бы мы завели малыша.
В разговоре возникла пауза. Эрленд представил, как эта женщина, встревоженная и обманутая в своих надеждах, ходит туда-сюда перед молочной лавкой.
— Ваш друг был как-то связан с посольствами других государств? — спросил Эрленд.
— Посольства? — удивилась женщина.
— Да, с посольствами, — повторил Эрленд. — У него были какие-то дела там? Особенно с посольствами стран Восточного блока?
— Нет, что вы, — заверила его собеседница. — Не понимаю… К чему вы клоните?
— Может быть, он был знаком с кем-нибудь из посольства, или работал для них, или еще что-то делал? — вмешался Сигурд Оли.
— Да нет же. Во всяком случае, насколько я знаю. Я не в курсе.
— А что у вас была за машина? — сменил тему Эрленд. Он не помнил, указана ли марка автомобиля в рапорте полиции.
Женщина задумалась. Странные вопросы совсем сбили ее с толку.
— Это был «Форд», — вспомнила она. — По-моему, он назывался «Фолкэн». Черного цвета.
— Из отчетов полиции следует, если я правильно понимаю, что в машине не обнаружили никаких следов, проливающих свет на исчезновение вашего друга.
— Нет, ничего не нашли. Только кто-то украл колпак с одного колеса. Вот и все.
— У автовокзала? — удивился Сигурд Оли.
— Так думали в полиции.
— То есть у машины не хватало одного колпака, верно?
— Да.
— А что случилось с машиной?
— Я продала ее. Мне нужны были деньги. Я никогда не была состоятельной.
Женщина вспомнила номер автомобиля и с отсутствующим видом назвала цифры. Сигурд Оли записал их. Эрленд подал ему знак, и они встали, поблагодарив собеседницу за разговор. Женщина осталась сидеть в кресле. Она казалась совершенно сбитой с толку.
— А откуда поступали машины, которыми он торговал? — поинтересовался Эрленд, просто чтобы отвлечь ее.
— Сельскохозяйственное оборудование? Его производили в СССР и ГДР. Он говорил, что по качеству оно хуже американского, но зато значительно дешевле.
Эрленд не понимал, чего от него хочет Синдри Снай. Его сын совсем не походил на свою сестру Еву. Дочь считала, что отец не проявил достаточно настойчивости, чтобы получить возможность общаться со своими детьми. Они с братом никогда не узнали бы о его существовании, если бы мать бесконечно