Перевертыш. Часть 1

потом подошел парнишка, которого я просто не могла не запомнить. Он выглядел ненамного старше меня, мялся, заикался, не мог подобрать слов. Но я ждала просто потому что пожалела: его лицо оказалось изуродовано шрамом.
Как потом я узнала это был Ульв Кемпер, пятый сын маркиза Кальва Кемпера. Соответственно, в плане наследования ему не на что и надеяться, и мальчишка решил попытать удачи сам, подошел к той, кто мог многое предложить.
Я восприняла его попытку благосклонно, но, конечно же, отказала в танце.
Потом он появился снова. Вначале прислал с гонцом цветы. Затем подкараулил в парке имперского дворца. О том, как ему удалось пробраться туда, я даже не представляла.
Но он был не первым и не последним, кто добивался моего расположения. Потому и особого внимания от меня не получал. Я бы сказала, что если мы за все те встречи сказали друг другу больше десятка слов, уже хорошо.
На очередном балу он подошел вновь. Предложил потанцевать.
Я сейчас даже не вспомню, по какой причине у меня было дурное настроение. Возможно, поругалась с Майром. Может, что-то иное. Но ответила я тогда грубо. Очень грубо.
Лицо младшего Кемпера посерело от эмоций. Он опустил взгляд и бросил фразу, которую я вспомнила только сейчас.
«Ты еще потанцуешь со мной, колючка».
О том, что младший сын маркиза пропал, я не слышала. А может быть, просто не придала этому значения.
Вынырнув из воспоминаний, я посмотрела в лицо демону, который стоял напротив меня и выдохнула:
— Ульв.
Он дернулся как от удара. Ипостась демона медленно растаяла, возвращая ему внешность человека.
— Так ты меньше похож на себя прошлого, — тихо произнесла я. — Инверсия, какая-то.
— Я больше не тот, кем ты меня назвала, — Рагнар шагнул вперед. — Перестал им быть в тот самый час, когда решил стать сильнее. Для того, чтобы доказать тебе твою ошибку.
— Мне? — удивление проскользнуло в голосе слишком явно. — Мою ошибку?
— Я был рожден последним. Ни на что рассчитывать не мог, ни во что не верил. Знал, что всегда буду тенью. Уродливой тенью из-за магического оружия, которым поранился в детстве. Знала ли ты, Лиара, что раны, нанесенные таким оружием, не заживают?
Слова откровения из уст демона звучали странно, но я не перебивала. Ведь он впервые говорил честно и откровенно. Не убил меня за то, что я вспомнила.
Или он наоборот этого хотел? Хотел, чтобы я наконец вспомнила его? Сама.
— А потом я встретил девушку, которая заставила меня поверить в себя. Мне с самого детства твердили, что я могу рассчитывать лишь на собственные силы. Я закрылся от мира, захлопнул сердце. Я не должен был любить и привязываться. Только расчет. Только холодное «надо». А той весной я повстречался с тобой. Твой отказ… Лиара, — он сейчас практически промурлыкал мое имя. — Твой отказ меня вернул к жизни. Сделал со мной то, что не мог до этого сделать никто другой. Показал, что я не пустое место, что я еще могу бороться за то же, что и другие люди. И я начал.
Он в два шага сократил расстояние между нами, оказался очень близко, обдал жаром собственного тела. Полки шкафа впились мне в спину.
— Я видел в той девушке все то, чего не видел во всем остальном мире, — демон вздернул пальцами мой подбородок, заставил посмотреть ему в глаза. — Она дала мне надежду и тут же ее отобрала. Отказала. Отвернулась.
— И ты поклялся себе, что она пожалеет? — одними губами прошептала я, глядя в его яркие синие глаза, сияющие превосходством.
— Да, колючка. Я поклялся, что та девчонка, давшая мне надежду и разбившая ее, пожалеет о содеянном. Но я тогда и представить не мог, что моя слабость окажется моей силой. Что та, которая разрушит мой мир одним своим отказом, позволит стать тем, кем я есть сейчас.
— Ты отправился искать силу?
— Нет, — он усмехнулся, провел пальцами вниз по моей шее. — Отчаявшись, я отправился искать смерть.
Признание оказалось несколько неожиданным.
— Ты сдался?
Рагнар фыркнул, но не ответил. Что и было ответом. А я себя в это мгновение почувствовала такой дрянью, что и словами передать сложно. Я раньше и подумать не могла, что слова могут так сильно кого-то ранить.
— И если бы не Даррарий, ты бы погиб, — продолжила я, словно слова могли удержать нас обоих на плаву, позволить пройти до конца этот путь из воспоминаний.
Почему-то казалось, что если наш разговор оборвется или затихнет хотя бы на мгновение, мы больше никогда не сможем к нему вернуться. Не сможем понять, с чего все началось.
— Мы бы оба погибли, если бы не встретились, — через мгновение произнес Рагнар, не разрывая нашего зрительного контакта. — Мы оба искали смерть, а отыскали новую жизнь. Он подарил мне