Перевёртыш

целью? А по­том последовала дурацкая вспышка гнева — этого, как его, — брата Уилтона. А почему у них нет детей? Ты не знаешь?
— Не знаю. А ведь это действительно странно. Может быть, их где-то прячут? Не разрешают видеться с чужаками?
— Ага, в погребе выращивают. Как гри­бы. Такое ощущение, что у этих «родствен­ников» родственные связи вообще отсутству­ют. Ни намека на нормальные человеческие отношения. А знаешь что совсем странно? Помнишь фотографии, которые мы рассматривали сегодня в магазине, в Стивстоне? Ну те, еще тридцатых годов? Клянусь, некото­рые из этих лиц я видел сегодня за обеден­ным столом, — Фокс сунул в рот пару се­мечек. Ему страшно хотелось пощелкать се­мечек на протяжении нескольких последних часов, но он не был уверен, что его привычка не вызовет проповеди об оскорблен­ных чувствах или разврате внешнего мира. Проповедей Молдер наслушался сегодня лет на пять вперед. Даже голова разболелась и начинала кружиться от любого резкого дви­жения.
— Видимо, эти люди долгие годы всту­пают в брак только между собой, и опреде­ленные внешние черты передаются из поко­ления в поколение… — Скалли, как всегда, пыталась объяснить любую странность рационально.
— Может быть. Может быть, я в это даже поверю — если ты мне покажешь хотя бы одного местного ребенка. А может быть, не все такое черно-белое, как это кажется на первый взгляд. — Молдер прикрутил винт, удушив язычок пламени.
— Что ты делаешь? — ошарашенно спро­сила Скалли.
— Между прочим, собак у них тоже нет. А сторожевых лошадей я пока не встречал. Так что я хочу вернуться и немножко поподглядывать.
Фокс поставил тяжелое керосиновое со­оружение на землю и двинулся обратно. Скалли, проклиная про себя все на свете, особенно любителей черно-белой расцветки и любознательных профессионалов-напарни­ков, погасила свой фонарь и бегом бросилась следом.
Между прочим, Молдер и Скалли находи­лись всего в трехстах метрах от того места, где была найдена первая жертва таинствен­ного убийцы. Но почему-то и мельком не вспомнили о преступлении годичной давно­сти. Возможно, виной тому были бесконеч­ные проповеди, вымотавшие обоих агентов до изнеможения. А возможно — легкое го­ловокружение и странная рассеянность, за­ставлявшая обоих сосредоточиваться даже на самых простых, конкретных действиях, не отвлекаясь на воспоминания.

Окрестности Стивстона, штат Массачусетс
Год назад

Тогда, год назад, тоже была осень, и сухие листья устилали землю вперемешку с сосно­выми иголками. Тому Шайрентону, препода­вателю труда стивстонской школы, редко вы­давалось время побродить по окрестностям города, и сегодня он искренне наслаждал­ся прогулкой, а главное — тишиной, нару­шаемой только его собственными хрусткими шагами.
Когда он понял, что не один в лесу, пер­вым его желанием было уйти: Но любопыт­ство возобладало. Молодая женщина, кото­рую он заметил, когда она перебегала между деревьями, была одета в глухое черное пла­тье и уродливый капор, вышедший из моды еще в позапрошлом веке. «Родственница». В Стивстоне, конечно, привыкли к соседству секты отшельников, но ничего про них тол­ком не знали. И эта женщина следила за ним, несомненно!
Шайрентон подошел поближе к сосново­му стволу, за которым угадывался темный силуэт:
— Эй! Я тебя видел.
Молодая сектантка шагнула навстречу без малейшего смущения:
— Мне было интересно,— объяснила она.
— Молодые леди так себя не ведут, — наставительно произнес Том, некстати вспом­нивший, что работает в школе. Хотя… почему некстати? Неплохое начало для разговора.
— А как ведут себя молодые леди? — бесхитростно спросила она.
— Хочешь, я тебе расскажу? — Прогул­ка, похоже, могла обернуться забавным при­ключением. — Меня зовут Том.
Он протянул молодой незнакомке руку. Она сначала растерялась, но, помедлив, улыб­нулась и робко коснулась его ладони.
Оба они в тот момент даже не подозрева­ли, что коротким рукопожатием подписали Тому Шайрентону смертный приговор.

Община «родственников»
Третий день
Поздний вечер

Пригибаясь, федералы по очереди перебежа­ли от деревьев к изгороди. Пусто. Ни единого человека. Ни единого светящегося окна.
— Может, они пошли в кино? — предположил Молдер.
Скалли тяжело вздохнула: умеет же ее напарник выбрать время и место для шуточек
И вдруг Фокс уловил что-то:
— Ты слышишь? — спросил он Дэйну.
— А-а-аха, — отозвалась она. Воздух наполняло чуть слышное гудение голосов,