Переярок

вода неплохо прогрелась, а на стремнине холоднющая. – Я бы с удовольствием киллера наняла, отомстить Салиевым. Не знаешь, как это сделать?

-Ты не по адресу, Саёера, – я сидел, и любовался девушкой. – Я всего-навсего простой сельский парень.

– Ненавижу их! – С лютой злобой прошипела девушка. – Ненавижу, и ничего не могу сделать.

-Ну, в принципе, можешь, – я с задумчивостью вытащил из кармана одну из старых “нокий”, набрал номер. – Знаешь, я той ночью, когда тебя предупредил, что долго не буду, лазил по крышам.

-Я видела, – кивнула Сайёра.- Я в окошко смотрела. Ты бидон для чего-то в рюкзак положил, и его с собой попер. Тяжелый, вроде как.

-Ну да, пуда полтора точно, – я вспомнил ту мою вылазку, и передернул плечами. Блин, ветрено, темень, глаз выколи, и холодный алюминиевый бидон в старом рюкзаке за плечами. Неудобно, страшно до жути. – Я Салиевым на чердак, там, где у них голубятня была, бомбу заложил.

-Ты что, серьезно? – Вообще, огромные темно-карие глазищи под светлой челкой очень смотрятся, право слово. – Ты заложил бомбу?

-Ну да, – кивнул я. – Слез потихоньку с орешины на соседней улице, на урючину влез через дорогу, на дувал, потом на крышу сарая. Я полпоселка так излазил, когда мать схоронил. Спать не мог, а так хоть адреналин мозги забивал. Так вот, там у Салиева со стороны его двоюродного брата окошко на чердак есть, где голубятня была. Помнишь, он пару лет назад каких-то белых держал, дорогущих? Так вот, голубей нет, а место для них осталось, да еще открытое. Ну, я туда бомбу и спрятал.

-А где ты ее взял? – вышедшая из воду девушка закуталась в большое полотенце, и присела рядом.

Сделал. Селитра у меня была, древесный уголь тоже. Дымного пороха было полпачки, как инициирующий заряд пошел. Ну а взрыватель из второй “Нокии” сделал. У них аккумулятор сама знаешь какой, он полгода пролежит, а звонок примет.

Я поглядел на телефон в руке. – Я злой тогда был, на то, что отмудохали. А сейчас не могу решиться. У Салиева там невестки, мать, внуки.

-Дай сюда, – Сайёра твердой рукой забрала у меня телефон, и поглядела на номер, высвеченный на экране. – Как нужно, просто позвонить?

-Наверное, – кивнул я. – Я пробовал, вроде как работает.

Бисмилло рахмон рахим.

Сайёра нажала кнопку вызова.

У телефона на экране заморгала трубка и надпись “Вызывает”, раздался гудок. Потом появилась надпись “Вызов прекращен”.

-И все? – У девушки подрагивали пальцы. По щекам текли слезы, но Сайёра их не замечала.

-Наверное. – Я взял у девушки аппарат, попробовал еще раз позвонить на этот номер. Но ” аппарат абонента выключен или находиться вне зоны доступа сети”. Размахнувшись, я изо всех сил бросил телефон в Чирчик, где он булькнул метрах в пятидесяти от берега. – Пошли в нашу промзону, Сайёра. На сегодня мы накупались. – И встав, начал одеваться.

С другого берега налетел внезапно холодный ветер, заставив ежиться и ускорить одевание. Вскоре мы с Сайёрой по едва натоптанной тропке поднялись на высокий берег, и вышли на старую дорогу. Когда-то асфальтовую, от которого сейчас остались многочисленные выбоины, засыпанные крупной галькой из соседнего карьера. Там и сейчас рычал экскаватор, отсыпая грунт в кузова старых самосвалов. Ташкент строится, и таких полулегальных карьеров в окрестностях города хватает.

-Пошли на мосту постоим? – выйдя на железную дорогу, попросила девушка.

-Пойдем, – мне самому очень нравится здесь. Красиво, народу немного, разве поезда постоянно проносятся. Да и идти вслед за Сайёрой интересно, она сегодня надела легкую юбку, вроде бы длинную. Но сейчас ветрено, и ветер весело играет с юбкой, заплетая ее вокруг стройных девичьих ног, а порой и резко вздымает подол чуть ли не до пояса. Красиво.

– Неужели я сделала это? – облокотившись на перила, как будто про себя промолвила девушка.

-Сделала что? – Я распотрошил упаковку российских семечек, отсыпал себе на ладонь, и протянул Сайёре. – Будешь?

-Спасибо, – она взяла немного, и пару минут мы молча лузгали семечки, сплевывая шелуху с моста. Потом Сайёра отряхнула ладони, и посмотрела на меня. – Леша, я стерва? Я взорвала бомбу, и у меня нет сожаления об этом, только радость.

– Нет, наверное. – Я ссыпал семечки в карман. Разговор серьезный, лузгать при этом семки у меня конкретности не хватает. – Кровная месть не нами придумана, и не на нас закончится. Ты ударила, как смогла.

-Но там же женщины, дети. У Салиева большая семья. – Сайёра наклонилась над перилами, опустив голову. – Я убийца?

– Ну, мы с тобой оба уже