Переярок

джипов с надписью “ОМОН”.

Они тормознули наш караван, о чем-то весело, со смешуечками переговорили со ранеными спецназерами и целыми пехотинцами, и чуть сдали в сторону.

На обочину вышел весь из себя важный такой парень в милицейском камуфляже, в милицейской фуражке с полосатым жезлом и свистком.

С огромным удовольствием и изо всех сил свистнув, он вытянулся по стойке смирно, поднял вверх руку с жезлом, а потом развел руки в стороны, открывая движение.

Из переднего джипа, из громкоговорителя раздалась музыка. С огромным удивлением я узнал старый, еще царский марш, “Прощание славянки”.

Омоновцы с удовольствием выстроились возле своих машин, взяв под козырек, в джипах охраны как на параде встали командиры, отдавая честь омоновцам. Вообще, все напоминало игру, в которую с удовольствием играли взрослые парни.

До самой Москвы мы не доехали, заночевав в довольно большой придорожной гостинице, в небольшом поселке. Как объяснили наши провожатые, тут и цены пониже, и народу поменьше. Впрочем, по их же словам, если кто желает посмотреть именно Москву, то вполне может сгонять туда утром, и, если понравится, попробовать остаться. Или в Новую Одессу тоже неплохой город здешних земель.

14 день пятого месяца, 23 год , 12:12, суббота. Гостиница “Светлый путь”.

В номер к своей тетке постучалась, и вошла, аккуратно закрыв дверь на замок, красивая молодая девушка.

-Нигора-апа, можно с вами посоветоваться? – Девушка робко присела на край стула, поглядев на дремлющую девочку, нервно мечущуюся по дивану.

-Конечно, Сайора. Я всегда готова поговорить с тобой. В чем дело, ты чего такая загадочная, дочка? – Поставив стул рядышком, к ней присела молодая женщина с шортах и маечке, но с головой, повязанной вдовьим черным платком. Впрочем, под маечкой на поясе был ремень с великоватым для женщины пистолетом.

– Нигора-апа, у меня задержка. Не знаю даже, что и думать. – Девушка нервно сжала кулаки.

Так.

Нигора внимательно поглядела на девушку, и неожиданно улыбнулась. Встала, достала из аптечки нераспечатанный тест. – Туалет там, иди-ка проверься, дорогая. Давай-давай, без разговоров. А я пока чай заварю. Такие разговоры без чаю не очень удобно разговаривать.

Обе женщины непринуждено говорили по-русски, хоть и обе являлись узбечками. Впрочем, в этом как раз ничего удивительного не было, разговаривать в богатой и хорошо образованной семье на русском в Узбекистане считалось неким шиком. Примерно как в царской России дворяне говорили по-французски.

Пока совсем юная женщина была в ванной комнате, Нигора накрыла стол, заварив зеленого чаю, нарезав лимон, выложив в корзинку на столе с пяток крупных, ароматных апельсинов. Ни Нигора, ни Сайора не ели мучное и не пили сладкое, следя за фигурами. Впрочем, за обеденным столом обе не сильно сдерживались, потому что во-первых, дорога была очень тяжелой, а во-вторых, здесь, на Новой Земле в самой захудалой забегаловке готовили потрясающе вкусно.

Поглядев на чайник и чашки, Нигора едва сдержала слезы. Это ей так напомнило о нежданном, но очень коротком счастье. Пролетевший как метеор Оуэн опалил ее огнем своей любви, чуть не расплавил в горниле страсти, полностью перечеркнув ее представление о подданных ее Величества.

И исчез в огненной вспышке боя, оставив после себя неспокойную душу, плачущую и скучающую по отчиму намного больше, чем об родном отце дочку, и скорбные вдовьи ночи, где порой мокрая от слез подушка единственная свидетельница ее горя. На людях надо быть сильной. Племяшка и ее муж хоть и стараются быть взрослыми, и у них вроде неплохо получается. Но они все-таки такие дети.

-Ну как, сколько полосок? – Впрочем, судя по ошарашенному виду племяннице, Нигоре ответ не был нужен.

-Тетя. Я беременна! – Сайора потрясенно села на стул. – Но как?

-Ну, знаешь, девочка, когда парень с девушкой занимаются любовью, то они одновременно делают детей. – Несколько язвительно ответила Нигора, но поглядел на смущенную и потрясенную племяшку, улыбнулась. – Ну чего ты? Это же счастье – стать матерью. И знаешь что говорила моя мама? Она говолила, что взрослые дети при молодых родителях это дар Аллаха.

-Но как? Тетя, я предохранялась! Как это могло случиться? И что я скажу Алеше? – Сайора схватилась за голову.

– Ну ка. Прекрати истерику! Неважно как это случилось, главное – что это случилось! И теперь ты отвечаешь не только за себя, но и за своего будущего ребенка. Запомни это! Становись осторожнее, не поднимай тяжести. Впрочем, тебе еще пару-тройку месяцев можно жить более-менее спокойно. Разве бюстгалтер выкинешь, и купишь побольше номером. Хотя, ты и так его частенько не носишь, с такой грудью как у тебя это нормально. Но придется носить обязательно, сиськи