Переярок

будущая мама должна беречь. Кушай что хочешь, твой ребенок сам даст знать о своих предпочтениях. – Нигора улыбнулась, и погладила племяшку по щеке. – А Алексею скажешь как есть. Он твой муж и отец вашего ребенка. Он обязан это знать. И я так думаю, что он будет этому рад. Очень жаль, что я не могу обрадовать так же Оуэна. – Нигора смахнула слезу, и еле сдержалась, чтобы не разреветься.

-Тетя, так ты тоже беременна? – Сайорка от удивления широкот раскрыла глаза.

-Ну, мы с Оуэном тоже не цветочки нюхали. – Сквозь слезы улыбнулась старшая женщина. – Я рада, что беременна, и сделаю все, чтобы сохранить ребенка. Оуэн мечтал о сыне, хотел его Мэтом назвать. Если тут мальчик, то так и назову. Если девочка – назову Оуэной.

-Тетя, а такое имя есть? – Осторожно спросила Сайора.

-Нет, значит будет. – Нигора окончательно вытерла слезы, и встала. – Знаешь, я попрошу Лену присмотреть за Раношкой, и пошли сходим с тобой к здешнему врачу. Вчера ехали мимо, на одном здании я прочитала “Гинеколог”. Собирайся, будущая мамаша, и поехали.

Гинекологом оказалась пожилая полная женщина. Выслушав обеих, она улыбнулась.

– Вы обе едете в Демидовск? Так лучше пройдете осмотр там, и на учет встаньте. В Демидовске один из лучших роддомов в этом мире.- Поглядела на скромно сидящую Сайору, и рассмеялась.- А с тобой все просто, девочка. Ты чем предохранялась? Таблетками?

-Да. – Покраснев, ответила девушка.

– В этом мире большинство таблеток, гормональных таблеток, малоэффективны. Все-таки очень сильно меняется пища, особенно мясо местных животных и морепродукты – вроде как все тоже самое, но иное. Немного другой спектр светила, чуть другой состав атмосферы. Мы еще не знаем толком, что именно меняется, но противозачаточные перестают действовать. Не ты первая залетела, не ты последняя, дай бог. И не переживай. Ты молодая, красивая, сильная, здоровая – все с тобой будет хорошо. Просто запомни – курить и пить алкоголь тебе категорически нельзя. Все, думай о ребеночке.

14 день пятого месяца, 23 год , 13:05, суббота. Гостиница “Светлый путь”.

– Интересно, куда обе сбежали? – Молодая жена написала записку, что с тетей срочно уехали по делам, и приедут нескоро. Могли бы и меня с собой позвать, все-таки хоть и русские места, и поселок, по словам наших армейцев, безопасный, но все равно глупо так поступать.

Обеспокоенный, я вышел из гостиницы на стоянку машин, где расположился весь наш немалый караван. Небольшая часть свернули в сторону Бразилии, распрощавшись с нами еще вчера, после ночевки.

Мимо машин, верхом на огромном жеребце, ведя в поводу двух груженных мулов, ехал здоровенный мужичина. Загоревший как головешка, в старой, выбеленной солнцом рубашке, задубевшим жилете и широкополой шляпе. Поперек седла мужик совершенно на автомате придерживал курковое ружье чудовищного калибра. В седельной кобуре у него была какая-то автоматическая винтовка.

– Привет, парень.- Обратился он с седла ко мне. Не знаешь, места в гостинице есть?

– По-моему, да. -Мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть в лицо мужику.

Мужик был вылитый былинный богатырь. Окладистая борода, лохматые брови, нос картошкой и веселые синие-синие глаза. Вот только голова была лысой как колено.

-Это хорошо. – Прогудел он, и удивительно ловко соскочил с седла.- Сейчас поставлю Бурушку с этими хитрозадыми лодырями в конюшню, и приду снимать номер. Не скажешь, чтобы Косоротову забронировали? Они меня в принципе знают, не должны возражать.

-Извините, а вы что, на коне путешествуете? – Я протянул жеребцу на ладони очищенный апельсин, который хотел было съесть сам.

Коняга, фыркнув, аккуратно взял бархатными губами гостинец, с удовольствием съел, и благодарно мотнул роскошной гривой.

-Ну да, мы с Бурушкой по здешним местам слоняемся. Красиво здесь, и прибыльно. – Богатырь похлопал коня по загривку. – На машине ведь далеко не везде проедешь, парень. А мы по любой тропке пройдем. Много чего интересного в здешних горах есть, очень много. – И неожтданно пропел великолепным басом, заставив шарахнуться проходящего мимо мужика. – “Полно алмазов в каменных пещерах”.

– Но это же очень опасно! Тут и гиены, и эти свиньи. И львы какие-то есть. – Я с уважением поглядел на этого чудовищно сильного, и абсолютно бесстрашного дядьку.

– Ну, что свиньи, что гиены стрелять не умеют, парень. Из десятого калибра накоротке любая гиена за зад сядет и выть будет. Но недолго, до тех пор, пока не издохнет. Вдали вон, “сайга- триста восьмая”, – Косоротов выволок из кожанного чехла свою винтовку, которую я раньше принял за СВД из-за пластикового рамочного приклада.

-А почему у нее магазины от FN-FAL? Они что, взаимозаменяемы? – Я удивился, увидив знакомый магазин на совсем другой винтовке.

-Да нет, мне в Демидовске,