Первая могила справа

чуть не убил.
Парень бросил на меня злой взгляд и повернулся спиной к окну.
— Какая из букв в слове «проваливай» тебе непонятна?
Признаюсь, меня одолели сомнения. Но я даже представить себе не могла, что случится, если он вернется в квартиру.
— Я вызову полицию.
Он резко обернулся и неожиданно проворно, словно никто его и не бил, спрыгнул с ящика на землю и приземлился прямо передо мной.
Незнакомец схватил меня за горло — не сильно, но так, чтобы я почувствовала его руку, — и прижал к кирпичной стене. Какое-то время он пристально смотрел на меня. По его лицу пронесся вихрь эмоций. Гнев. Досада. Страх.
— От этого будет только хуже, — наконец сказал он. Это было предупреждение. В его спокойном голосе сквозило отчаяние.
— Мой дядя полицейский, отец тоже служил в полиции. Я могу тебе помочь. — От незнакомца исходил жар, и я подумала, что он, наверно, простудился. Опасно торчать на холоде в одной футболке.
Похоже, моя смелость его удивила. Он едва не рассмеялся.
— Когда мне понадобится помощь избалованной сопли из Хайте, я тебя позову.
Его враждебный тон меня обескуражил, но лишь на минуту. Я оправилась от удивления и бросилась в атаку:
— Если ты туда вернешься, я вызову полицию. Я не шучу.
Он раздраженно сжал зубы.
— Ты не поможешь, а только навредишь.
Я покачала головой:
— Что-то не верится.
— Ты ничего обо мне не знаешь. И о нем тоже.
— Он твой отец?
Парень замялся и посмотрел на меня с нетерпением, словно обдумывая, как ловчее от меня отделаться. Потом принял решение. Я прочла это по его лицу.
Он помрачнел, подошел ближе, прижался ко мне всем телом, наклонился к моему уху и прошептал:
— Как тебя зовут?
— Чарли, — ответила я; отчего-то мне не хватило смелости промолчать. Потом попыталась выговорить «Дэвидсон», но парень потянул шарф вниз, чтобы лучше разглядеть лицо, и все буквы фамилии слились в один слог, больше похожий на…
— Датч? — переспросил он, сдвинув брови.
Я никогда прежде не встречала такого красавца. Он был крепок, силен и зол. И уязвим.
— Нет, — прошептала я, когда его пальцы спустились вниз и дерзко скользнули по моей груди. — Дэвидсон.
— Тебя когда-нибудь насиловали, Датч?
Я понимала, что он хотел меня шокировать, а для этого все средства хороши, но вопрос все равно меня ошарашил. Я замерла в испуге. Пыталась подавить желание сбежать, проявить твердость, но с инстинктом самосохранения шутки плохи. Я оглянулась на Джемму и поняла, что она мне ничем не поможет. Сестрица стояла с круглыми от изумления глазами, распахнув рот, и рассеянно держала камеру (как будто это еще имело значение), но умудрилась не снять ни секунды.
— Нет, — еле слышно пробормотала я.
Он коснулся щекой моей щеки, а его пальцы сомкнулись на моем горле. Стороннему наблюдателю мы могли показаться обнимающейся в темноте влюбленной парочкой.
Парень раздвинул коленом мои колени и свободной рукой потянулся к самому сокровенному. Я задохнулась от неожиданности, когда его ладонь очутилась у меня между ног, инстинктивно понимая, что дело плохо. Обеими руками я вцепилась в его запястье.
— Пожалуйста, не надо.
Он замер, но его пальцы по-прежнему касались моего паха. Я уперлась ладонью ему в грудь и мягко оттолкнула, надеясь, что он меня отпустит.
— Пожалуйста.
Он ослабил хватку и посмотрел мне в глаза:
— Ты уйдешь?
— Уйду.
Не отрываясь, он смотрел на меня, потом поднял руки и оперся о стену над моей головой.
— Иди, — жестко произнес он.
Это было не предложение. Я нырнула под его руку и, увлекая за собой Джемму, помчалась прочь, пока он не передумал.
Завернув за угол дома, я остановилась и обернулась. Парень забрался на ящик и сидел на нем, глядя в окно. Горько вздохнув, прислонился головой к стене, и я поняла, что он и не думал возвращаться в квартиру. Просто хотел проследить за тем, что происходит внутри.
Интересно, кого же он там оставил. Спустя два дня я узнала это из разговора с разъяренной хозяйкой. Семья из квартиры 2С съехала среди ночи, не заплатив за два месяца, да еще разбила дорогое зеркальное стекло. Из того же чувства самосохранения я не стала распространяться о том, что случилось с окном. Когда хозяйка наконец перестала ныть об утраченных деньгах, она сообщила, что слышала, как жилец называл мальчишку по имени — Рейес. Но мне не давал покоя вопрос, кого же он оставил в квартире. Хозяйка мне сказала.
Сестру. Внутри была его сестра. Один на один с этим садистом.
— Поверить не могу. — Голос Куки вернул меня к действительности. — Получается, он умер?
Куки давным-давно знала, что я вижу