Первое свидание

миновала виноградники — и взгляду Кэти открылась вилла «Чинкве белле фьоре».Она была расположена на склоне холма, и из ее окон должен был открываться великолепный вид на гавань Мессины и открытое море. Сам дом выглядел солидно и мощно, был построен из камня, и кладка наверняка насчитывала не одну сотню лет.
«Ланчиа» медленно въехала в громадные кованые ворота с цветочным орнаментом и покатила по усыпанной гравием дорожке. Идеальный английский газон пестрел небольшими цветочными клумбами и куртинами, тут и там виднелись каменные и мраморные скульптуры — и если при виде небольшой мраморной нимфы, выглядывающей из кустов жасмина, Кэти восторженно ахнула, то бесформенное нагромождение грубо обтесанных камней, смутно напоминающее женскую фигуру и торчащее прямо посреди очаровательной лужайки, заставило ее скривиться и недоуменно приподнять брови. Брюс объяснил:
— Пру обожает современное искусство. Между нами говоря, я не думаю, что она что-то в нем понимает, но… то, на что ты сейчас смотришь с такой брезгливостью, стоит бешеных денег. Называется «Апофеоз женственности».
— Да? Интересные понятия у твоей Пру о женственности. Боюсь даже представить, насколько она интересная женщина.
Дорожка закончилась в небольшом внутреннем дворике возле изящного фонтана. Брюс вышел из машины, потянулся. Со стороны дома появился величавый и дородный дворецкий, при виде которого Кэти оробела и спряталась за спину Брюса. Дворецкий приблизился и произнес хорошо поставленным басом:
— Добро пожаловать, мистер Блэквуд. Леди Пилбем сейчас совершает вечерний моцион… вот и она.
Кэти обернулась на стук копыт. Громадный гнедой жеребец негромко всхрапывал, роняя клочья пены. На спине красивого животного сидела женщина. При виде Брюса она ловко соскочила с седла и возопила:
— Брюси! Мой золотой мальчик! Как я рада тебя видеть, дорогой!
Леди Пруденс Пилбем была высокой, худощавой, очень загорелой женщиной со спортивной фигурой. На загорелом лице сверкали идеальные белоснежные зубы, волосы были тщательно уложены, а одета она была в истинно английском стиле — темно-синий сюртук мужского покроя и обтягивающие белые рейтузы для верховой езды, высокие сапоги и кепи. В руках она сжимала стек с изящной ручкой в форме львиной головы.
Действительно, ее трудно было назвать красавицей — но ее лицо привлекало внимание. Особенно удивительными были глаза — большие, желто-зеленые, словно у дикой кошки. Кэти даже пригляделась, не вертикальный ли у них зрачок. Нос скорее можно было назвать орлиным, губы — чересчур тонкими, и тем не менее Кэти пришлось признать: леди Пилбем была очень, очень интересной женщиной.
Брюса она расцеловала сначала в обе щеки, а потом и в губы — коротким сухим поцелуем. Кэти немедленно захотелось ее убить — но тут она заметила, что Брюс украдкой коснулся рукой губ, словно хотел их вытереть, и ей полегчало. Голос леди Пилбем многие назвали бы звучным — но Кэти склонялась к определению «пронзительный».
— Малыш, ты чудно выглядишь. Жизнь на Востоке явно идет тебе на пользу.
— Ну а ты, как и всегда, цветешь, моя английская роза. Пру, позволь представить тебе: моя помощница Кэтрин Спэрроу.
— Очень приятно, леди Пилбем…
— Новая секретарша? Это с вами я разговаривала по телефону, милочка? Что ж… Надеюсь, вы хорошо присматриваете за моим противным мальчишкой. Добро пожаловать в «Чинкве белле фьоре», малыш. Мы не виделись тысячу лет, нам надо о многом поболтать.
— Пру, только умоляю — не сегодня. Я за рулем с утра.
— Бедняжка! Он устал! Мисс Спэрроу, вы можете отдыхать. О Брюси я позабочусь сама, пойдем, дорогой. Бринсдейл! Покажите мисс Спэрроу ее комнату.
С этими словами леди Пилбем подхватила Брюса Блэквуда под руку и увлекла его к парадной лестнице. Кэти осталась стоять возле машины в полном одиночестве. Дородный дворецкий слегка наклонил голову — много небрежнее, нежели перед Брюсом и леди Пилбем.
— Пойдемте, мисс. Ваша комната в левом крыле. Где ваши вещи?
— О, у меня их немного…
— Это Джемма. Она проводит вас.
Хорошенькая черноглазая девушка в скромной и строгом костюме горничной почтительно присела, но, как только Бринсдейл повернулся спиной, стремительно показала ему язык и подмигнула Кэти.
— Пойдемте, синьорина. Давайте ваш рюкзак.
— Не надо, он совсем легкий.
— Тем более! Давайте-давайте, а то этот зануда будет ругаться.
— Вы итальянка, Джемма?
— Да, местная.
— Очень хорошо говорите по-английски.
— Я училась в английской школе. Мой отец военный, мы несколько лет жили в Англии. Сейчас я учусь в университете, а на лето устроилась подработать. Платят прилично,