Первозданный рай

Напротив, она не хотела уходить и готова была провести весь день в объятиях мужа.
Джейрд приятно удивил ее. Утолив страсть, он тоже не спешил вставать. Чуть приподнявшись на локте, он нежно смотрел на жену и целовал.
— Ты восхитительна, любимая.
— Весьма благодарна за высокую оценку, — с улыбкой ответила Коринна.
— Пожалуй, я возьму тебя сегодня ночью на берег. Прогулка с тобой доставляет мне несравненное наслаждение. Я думаю, при свете звезд ты будешь не менее прелестна, чем сейчас.
— Знаешь, Джейрд, мне очень нравится наше перемирие, — со вздохом призналась Коринна. В ответ Джейрд поцеловал ее и тоже вздохнул.
— Как жаль, что надо идти дальше. Но если мы не встанем сейчас, я забуду и о бананах, и о родственниках. — С этими словами Джейрд поднялся на ноги и помог Коринне одеться.
Через полчаса они поднялись на плоскогорье, окруженное изгородью. Здесь был и фруктовый сад с яблонями и гигантскими манговыми деревьями, и огород, и загоны для домашних животных и птицы. Поросята и куры разгуливали на воле. Спрятавшийся среди деревьев дом напоминал хижину.
— Джейрд, неужели твой кузен живет здесь? — прошептала Коринна, повиснув на руке мужа.
— А почему бы и нет? — Джейрда ее удивление только развеселило. — Он живет в прошлом столетии и никогда не примет современную цивилизацию, насаждаемую белыми людьми, хаоле, на его острове.
— Что значит «на его острове»? Я не понимаю, — спросила Коринна, но Джейрд не успел ответить.
Дверь хижины отворилась, и на пороге появился огромный островитянин. Поражала копна его черных как смоль волос и такая же борода. Его единственной одеждой были цветастые просторные шорты. Он спокойно и уверенно ступал босыми ногами по земле, как будто не чувствовал ни камешков, ни колючек.
— Иалека! — пробасил он при виде родственника и крепко обнял его. — Вахине мале?
— Да, — с ноткой гордости ответил Джейрд, — это моя жена, Колина.
— Тетушка Акела говорила, что ты женился. А когда же луау? Когда праздник?
— Теперь уже поздно. Мы поженились год назад.
— Что ты говоришь! Для праздника никогда не поздно. Заходи, что же мы стоим в дверях. Ты давно у нас не был. Кикуко! — закричал он в дом.
На его зов появилась изящная японка в кимоно. Рядом со своим гигантом мужем она казалась совсем крохотной. Не произнеся ни слова, женщина скрылась в доме.
— Она пошла на кухню подкинуть еще овощей и мяса в котелок. Ведь вы остаетесь с нами? — последняя фраза была произнесена таким тоном, что вряд ли кто-нибудь решился бы ответить отказом.
— Кори, мы приглашены к обеду, — объяснил Джейрд жене, несколько смущенной столь странным приемом.
Сначала Коринна чувствовала себя скованно и неуверенно, но Кулиано был веселый человек и обаятельный собеседник и очень быстро сумел вовлечь новую родственницу в общую беседу. Его маленький дом, скромный и неказистый снаружи, внутри оказался удобным и уютным. Здесь мирно уживались японская и гавайская культуры. Японские божки и статуэтки прекрасно смотрелись на фоне ковров с местными орнаментами. Кулиано, вдохновенно развлекая гостей, пел национальные песни, аккомпанируя себе на старинном гавайском инструменте, напоминающем гитару, рассказывал древние легенды и историю собственной семьи.
Кикуко же все время хранила молчание и не поднимала глаз на гостей. Коринна сначала приняла это за демонстративное нежелание знакомиться с ней, но Джейрд объяснил, что жена Кулиано ведет себя так всегда и со всеми. Исключение она делала только для своих детей, да и то не часто. Джейрд не мог даже припомнить, когда ему в последнее время удалось услышать от Кикуко хоть слово.
Обед подали во дворике, и Коринна смогла насладиться не только изумительной гавайской кухней, но и восхитительными красками заката.
Стемнело. Кулиано развел костер и, усадив гостей вокруг огня, снова начал петь. Джейрд слушал, прислонившись к мощному стволу дерева, а Коринна сидела рядом, наслаждаясь музыкой и ароматом цветов.
— Ты давно знаком с Кулиано? — шепотом спросила она.
— Я его знаю всю мою жизнь. Помнишь Леонаку? Он говорил, что ты приезжала к нему на стройку.
— Да, отлично помню.
— Так вот, Кулиано — его отец. Мы с Леонакой росли вместе. Он мне близок, как родной брат, хотя на самом деле мы довольно дальняя родня.
— А я думала, что вы просто друзья, а вовсе не родственники.
— Нет, мы кровная родня, хотя и дальняя.
— Но ведь Кулиано — гаваец?
— А ты наблюдательна, детка, — усмехнулся Джейрд.
Коринна смутилась, но решила все же выяснить все до конца.
— Может быть, расскажешь, в чем дело, — спросила она.
— У нас с Леонакой общая прапрапрабабушка. Ее звали Леомини