Первозданный рай

слишком мало времени проводил на берегу океана. А как ей не хватало брата! Бывало, они плавали целыми днями или носились на серфингах по волнам, а теперь у него совсем не осталось времени для нее. А все эта Коринна! Ну, она еще узнает, как залезать в чужую семью.
— Малиа, ты хочешь о чем-то попросить?
— Нет, я хотела только узнать, видел ли ты, куда направилась твоя супруга, — елейным голоском ответила Малиа.
Лицо Джейрда стало напряженно-выжидательным.
— А разве она не дома?
— Может, и дома, только не у нас. Она пошла с Джоном Пирсом.
— В самом деле. — Джейрд облегченно вздохнул, чем несказанно огорчил Малиа, но она решила не отступать.
— Твоя жена встретила его на берегу, и они пошли к нему домой! Тебя это не волнует?
— Почему меня это должно волновать, скажи на милость? Джон Пирс — наш сосед. Мы живем с ним бок о бок уже много лет, с самого рождения. Я понимаю, что ты можешь на него злиться из-за того, что когда-то он хотел отнять у нас землю. Но это — дело прошлое. Надо забыть об этом. Коринне давно пора познакомиться с соседями.
— Это что же, она тут все время будет жить? — спросила Малиа, вложив в свой вопрос столько ехидства, что Джейрд невольно усмехнулся, взглянув на сестру.
— Вполне вероятно, но, я вижу, тебя это совсем не радует, — невозмутимо ответил он.
— Как у тебя только язык поворачивается говорить такое! Как я могу радоваться тому, что эта… живет у нас? Не понимаю, как ты мог ее простить! Она сделала тебя посмешищем, рогоносцем!
— Это еще что за выражения? Где ты такого нахваталась?
— Я книжки читаю! Романы! И я уже взрослая! Я знаю, кого называют рогоносцем.
— Слишком много ты, видно, прочла.
— А что мне еще делать? Раньше у меня была подруга, Нанеки, а теперь она уехала. — Голос Малиа зазвенел от обиды, еще чуть-чуть, и она готова была разрыдаться. — А все из-за этой гадины!
— Нанеки сама решила вернуться в Кахуку, никто ее не принуждал. А что касается моего прощения да и вообще моих отношений с женой, так это не твоего ума дело, Малиа. И заруби себе это на носу, чтобы мне не приходилось больше тебе напоминать!
— Ах, не мое дело? А то, что она гуляет направо и налево, тоже не мое дело? Как ты думаешь, чем они с. Джоном Пирсом занимаются?
— Господи, Малиа, что ты несешь, — расхохотался Джейрд, — ну нельзя же быть такой дурочкой! Этого Малиа уже не могла стерпеть.
— Да, я их видела вместе! — закричала она. — Я видела, как она с ним заигрывала. Не я дурочка, а ты круглый идиот! Думаешь, они там чаек попивают? Как в Гонолулу?
Джейрд ничего не ответил, только проводил взглядом взбешенную сестру, которая, выплеснув на него всю свою злость, скрылась в доме, громко хлопнув дверью. Он спустился к океану, на чем свет ругая сестру, которая зародила в его душе страшные подозрения, и себя за то, что не смог побороть проснувшуюся ревность.
Целый час он бродил по берегу, а потом, потеряв терпение, пошел в конюшню, чтобы взять лошадь и мчаться к Джону Пирсу. Там, к своему несказанному удивлению, он застал Джона Пирса, только что прискакавшего верхом.
— Что вы здесь делаете, Джон? — подозрительно спросил он соседа.
— Я пришел из-за вашей супруги, — мягко ответил Джон.
— С ней что-нибудь случилось? — Джейрд не пытался скрыть волнения.
— Нет, нет, беспокоиться совершенно не о чем.
— Тогда где же она? Насколько я понимаю, она была сегодня у вас в гостях?
— Знаете, Джейрд, по-моему, вы не очень хорошо обращаетесь с бедной девочкой.
— Что за черт! Какое вам дело до наших отношений!
— Но, Джейрд, правды ведь не скроешь. Все знают, что вы привезли ее из города почти насильно и держите здесь под замком. Я был очень удивлен, когда встретил ее на берегу. Она просила меня о помощи. Чего же еще ожидать, когда женщина попадает в такое положение?
— Она вас просила о помощи?
— Да, именно так, — ответил Джон и замолчал, не, решаясь продолжать.
— Что она говорила вам?
— Ваша супруга была очень расстроена. Она просила отвезти ее в Гонолулу.
— Что вы несете?!
— Так все и было. Она сказала, что ее жизнь состоит из одних запретов и она не в состоянии больше жить вместе с вами.
— И что еще она вам сказала? — с ледяным спокойствием спросил Джейрд.
Однако его внешняя невозмутимость вовсе не обманула Джона Пирса. Слишком хорошо он знал своих соседей — Бёркеттов, и теперь уже сам с трудом сдерживал свой страх. Когда Пирс встретил Коринну, у него еще не было никакого плана, все его действия были импульсивны, а двигала им лишь застарелая ненависть к соседям. Но сейчас он был близок к тому, что его ложь будет раскрыта, и жалел о том, что затеял.
— Так что же она еще сказала? — резко переспросил Джейрд.
— Она