Секунду спустя мне под ноги прилетел предмет, в котором я узнал плотно скрученную перевязь с метательными ножами, и об которую я успешно чуть не навернулся. Догадаться, кто меня вооружил перед лицом отнюдь не призрачной угрозы, было не сложно. Конечно, это был Анхор. Я подхватил подарок и, прикрывая Амию собой, отошел на безопасное, по моим ощущениям, расстояние.
Авторы: Евгений Сергеевич Ходаницкий
оставив на показ только алые губы.
— Как вернусь домой, избавлюсь от нее. — Пробормотала жрица. — Однако стоит признать, — мне весьма идет…
В пугающей тишине, из наполненных мукой глаз человека, оседающего передо мной, быстро тая, уходила искра жизни. Искривленный в гримасе боли рот, оскалился на меня желтыми зубами, в дикой и страшной усмешке, и тело отвалилось в сторону, дымя выжженной грудью. В ноздри ударил горьковатый запах паленой плоти.
Я застонал и проснулся.
Сердце билось как сумасшедшее. Кожа была липкой от пота. Снова кошмар. Только закончились одни мои мучения, связанные со снами, как начались другие, еще более неприятные.
Я предполагал, что после устроенной мной бойни будут последствия, но даже подумать не мог, что это станет таким тяжелым испытанием. Убить человека, и даже не одного, оказалось легче, чем пережить это. Они был врагами, желавшими моей смерти, к тому же у меня было не так уж много возможностей поступить иначе. Но разум наказывал меня за то, что я переступил через прочно укрепившийся еще в детстве закон, — убийство есть зло. Оно ломает душу и заставляет смотреть на мир иначе, деля его на жертв и убийц. И даже мимолетный опыт прошлых моих воплощений, во многих из которых я был далеко не святым, не спасал от открывшейся для меня новой реальности. Те, другие, были не мной. А у меня оказалось очень мало общего с ними.
Переживал ли я на самом деле, из-за того, что мои руки теперь обагрены кровью? Не очень. Я осознавал, что в этом мире, рано или поздно, это должно было произойти. Да и, пожалуй, убитые мной, скорее всего, вполне заслуживали подобной кары. Но, где-то глубоко внутри, умирала та частичка меня, которая не принимала происходящее. Следствием стали кошмары, которые мне приходилось просто терпеть, переживая не самые приятные моменты моей жизни вновь и вновь.
Я сел на топчане, выравнивая дыхание, и встретился взглядом с сидящим на шатком табурете Вереском.
— Давно вернулся? — Тихо спросил я, хрипловатым ото сна голосом и посмотрел на окно. На улице было уже серо, а значит, близится рассвет.
— Все еще мучают сны? — С редкой серьезностью в голосе, посочувствовал мне Илан. Я не делился с ним этими своими переживаниями, но понимал, что трудно скрыть что-то от существа, за плечами которого сотни тысяч лет существования. При необходимости он прочтет меня как открытую книгу, как взрослые читают скрытые желания детей.
— Скорее кошмары. Но они пройдут. — Мотнул я головой, прогоняя последние остатки сновидения. — Хорошо хоть не каждую ночь…
— Пройдут. — Кивнул он. — Вот, я раздобыл хороший материал.
Вереск протянул мне новую полумаску. Черную, под цвет одной из дремлющих во мне Сил. На ощупь она оказалась жесткой, с ощущаемой пальцами, шершавой структурой. Внешне же она ничем не отличалась от той, что сейчас лежала в изголовье моей лежанки.
— Кожа каменной саламандры. Раздобыл по пути обратно. — Пояснил он, хотя я ни о чем не спрашивал.
— Где ты ее поймал ночью в городе? — Усмехнулся я.
— Места надо знать. — Растянул он улыбку мне в ответ.
— Думаю, стража будет очень озадачена выбором воришки, когда начнет расследовать взлом лавки какого-то несчастного артефактора.
— Да больно нужно мне было по лавкам шастать. — Отмахнулся Вереск. — Я заскочил в мастерские местной Академии. Там этого добра навалом. Ты лучше примерь. — Заерзал он на табурете. — Я вплел в нее печать, которая изменила структуру материи. Так что, смотреть ты должен будешь не через заклинание, что при твоем глазе вряд ли удастся, а сквозь сам материал. Она прозрачна только с одной стороны и только при условии, если поднести ее близко к глазам. Эффект будет постоянным, но необходимо наличие магического фона достаточной насыщенности.
Я надел обновку и осмотрелся. Маска действительно позволяла свободно смотреть сквозь себя, будто была прозрачной и сидела на лице, кажется, даже удобней, чем предыдущая.
— Спасибо! — Поблагодарил я Илан. — Только у меня вопрос: А что будет, если она… разрядится?
— Да ничего. Просто перестанет функционировать. — Легко дернул плечами Вереск. — Но, как только снова насытится энергией из окружающего ее фона, снова заработает, как прежде. Печать — это не заклинание. Это ближе к ритуальному кругу, однако, в большинстве случаев, действие носит постоянный характер. Только не вздумай подавать в нее Силу напрямую! — Встрепенулся он. — Спалишь контур одним махом! Она на это не рассчитана.
— А если она не будет работать, и я выброшу в Эфир немного Силы возле нее. Тогда тоже сломается? — Тут же озвучил я пришедшую в голову идею.
Вереск задумался.
