Первый уровень. Кровавый рассвет

не выполнят мои условия, крейсера разрушат их города. Арифметика простая: или сто тысяч пленников, или сто миллионов покойников. Люди не должны жалеть убогих созданий. Я бы поквитался и с джози. Но мерзавцы чересчур умны и предусмотрительны. Тут же взорвут все заводы и доки. Глупо терять столь развитую инфраструктуру. Боевые корабли еще понадобятся.
– Насколько рассчитан данный план? – уточнила сирианка.
– Год-полтора, не больше, – сказал Берд. – Долго тянуть нельзя. Враги могут прийти в себя.
– Значит, к тому времени сохранят независимость два герцогства, три графства и одно баронство, – констатировала Октавия. – Негусто. Количество самостоятельных государств сократиться почти наполовину.
– Это при неблагоприятном развитии событий, – усмехнулся плайдец. – По ходу дела мы надавим на яслогцев и комонцев. Первые до ужаса боятся нового вторжения пришельцев, а вторые истощены недавней войной с розанцами. Останется сломить лишь упрямца Делвила. С Талатом и Хоросом разберемся позже.
– И что дальше? – напрямую спросила аланка. – Двум хищникам в одной клетке тесно.
– Браво, графиня, браво, – Видог пару раз хлопнул в ладоши. – Вы смотрите в корень проблемы. Однако сражаться друг с другом мы не станем. Зачем ослаблять звездный флот. Есть иное решение…
– Какое? – вымолвила Торнвил. – Признать вас правителем возрожденной страны?
– Ваша проницательность поразительна, – восхищенно проговорил эстерианец. – Да, я добиваюсь трона. И не скрываю этого. Моя главная цель – восстановить империю в прежних границах.
– Значит, рано или поздно, владыка потребует отдать ему боевые корабли, – констатировала сирианка.
– Несомненно, – подтвердил Берд. – Верные подданные будут находиться под защитой сюзерена.
– И под неусыпным контролем, – добавила Октавия. – Моя власть над захваченными планетами превратиться в иллюзию. Вы только что сами развенчали миф о разделе территории.
– Ничуть, – возразил плайдец. – Когда ведешь крупную игру, всегда надо иметь козырь в рукаве. Речь сейчас идет не о нас с вами. Мы лишь сделаем первый шаг к подлинному величию империи.
– Что-то я не улавливаю вашу мысль, – аланка в упор посмотрела на собеседника.
– Она очень проста, – сказал Видог. – Брачные узы детей крепче любых бумаг связывают дворянские семьи. Дейлу двадцать лет, Эвис восемнадцать. Пора молодым людям познакомиться поближе.
В глазах женщины сверкнули искры торжества. О таком союзе Торнвил не смела даже мечтать.
– Если я правильно поняла, ваш сын и моя дочь создадут новую династию? – произнесла сирианка.
– Совершенно верно, – вымолвил эстерианец. – Два самых сильных государства объединятся без войны. Наши наследники получат в свое распоряжение гигантский флот и многочисленную армию.
– Блестящий план, герцог, – Октавия откинулась на спинку кресла. – Я заинтригована. Но нужны серьезные гарантии. Жизнь научила меня не доверять словам. Вдруг вы в какой-то момент передумаете?
– Вполне обоснованное замечание, – кивнул головой Берд. – Я потому и взял с собой Дейла. Пусть юноша и девушка пообщаются. После официального приема мы можем объявить о помолвке.
– Не спросив их мнение? – уточнила аланка. – В таком деле симпатия или антипатия играют огромную роль.
– Ерунда, – проговорил плайдец. – Интересы страны превыше чувств. У детей правителей нет права выбора. Они обязаны выполнять волю родителей. Мой сын не посмеет мне перечить.
– Искренне завидую, – сказала Торнвил. – Эвис более строптива и упряма.
– Возникнут трудности? – произнес Видог, поправляя ворот рубашки.
– Нет, нет, – поспешно ответила сирианка. – Я сумею ее убедить. Девочка не глупа и не упустит свое счастье.
– Прекрасно, – улыбнулся эстерианец. – Похоже, мы обсудили все спорные моменты.
– Тогда приглашаю вас на обед, – вымолвила Октавия, вставая.
– Благодарю, но вынужден отказаться, – проговорил Берд. – Надо возвращаться на «Берсенк».
– Странное название у флагмана плайдского боевого флота, – сказала аланка.
– Нет ничего странного, – произнес мужчина, выходя на дорожку. – Мы давно перестали давать судам имена городов. Скучная старая традиция. Название крейсера должно быть звучным, угрожающим. Противника нужно запугать, сломать психологически. Берсенк – грозный коринианский хищник. Крупный, быстрый, безжалостный. Для него не существует преград. Он бесстрашно атакует любого врага, порой переступая через инстинкт самосохранения. Это не зверь, а машина для убийства.
– Символично, – вымолвила Торнвил. – У вас очень похожий характер. Я слышала, герцог Видог утраивает