Присяга и долг обязали его служить своему королевству там, где понятие честь практически ничего не значит, а воинская доблесть почти не нужна. Быть хитрее, изворотливее, коварнее врагов королевства – вот что от него требуется. Уподобиться сторожевому псу при королевском доме Несвижа.
Авторы: Калбазов Константин Георгиевич
те поднаторели в вопросах скрытного перемещения и организации засад, предпочитая внезапные и стремительные нападения открытым столкновениям.
Георг ничего не заметил (да и немудрено, ведь у него глаз на затылке нет), но както почувствовал опасность. Нападавших подвело их нетерпение. Если бы они выждали, пока наставник и ученики приступят к занятиям, отложив в сторону оружие, то шансов было бы куда как больше. Но, очевидно, предполагаемая нажива застила им глаза, и они начали действовать слишком рано.
Не отдавая себе отчета в своих действиях, Георг вдруг оттолкнул виконта и сам подался в сторону. Именно в этот момент рядом прошуршали несколько стрел, причем, как отметил краем сознания парень, все они были направлены в него. Кувырок – и он уже на колене, а щит изза спины переместился на грудь. Еще мгновение – и рука продета в петли. Картина действий охватывается сама собой, он успевает оценить происходящее.
На краю вытоптанной поляны обустроились четверо лучников. Расстояние тридцать шагов для их луков – просто смешное. Луки у горцев сложные, составные, концы плеч изогнуты немного наружу – говорят, именно в этом секрет их силы. Это оружие требует искусности как в изготовлении, так и в применении, но горцы имели славу великолепных стрелков. Тугие, хотя и короткие, луки поражали цель с расстояния вдвое большего, чем однодеревки. Они вполне соперничали по дальности с длинными луками, при меньшей громоздкости. По всему выходит, что на такой дистанции его щит бессилен сдержать стрелу, пущенную таким оружием: она пробьет щит навылет, после чего ее не сумеет остановить кожаный панцирь. Будь на наемнике кольчуга, шансы уберечься были бы гораздо выше. Так что идея использовать щит была неудачной.
В то же время Георг заметил, что справа и слева подбираются две группы по три человека. Задумка нападавших стала совершенно очевидной. Вообщето зря он толкнул виконта, никто и не собирался в него стрелять. Не хватало еще случайно убить столь дорогой товар. Расстрелять решили его сопровождающих, а остальные должны были налететь на оставшегося в одиночестве наследника графа и спеленать его, как барана.
Понял он и почему горцы начали действовать так рано. Просто дерево росло на небольшой возвышенности, и им не был виден Джим, который поднимался с противоположной от них стороны. Цель явилась в привычное время, как и всегда. Возможно, горцы подумали, что на этот раз на тренировку прибыли двое. Можно было удивиться количеству нападавших. Всетаки их десяток, и по всему видно – не новички в ратном деле. Но и это имело свое объяснение, которое сейчас находилось более чем в двухстах шагах, безнадежно отстав от своих подопечных.
Все это пронеслось в голове Георга буквально в мгновение. Просто удивительно, о скольком можно подумать за столь короткий промежуток времени. Уже через пару секунд он начал действовать, уйдя перекатом вправо. Прошуршавшие рядом стрелы указали на правильность принятого решения. В виконта, уже поднявшегося на ноги и готового встретить подбегавших горцев, лучники не стреляли. Эти гостинцы предназначались только для его спутника. Времени совсем мало. Еще немного – и подбегут горцы, потом они свяжут его боем и подставят под стрелу. На таком расстоянии это вполне возможно.
И тут наемник принял решение, которое можно было расценить как оставление товарища на поле боя. Полностью доверившись интуиции, подсказывавшей, что виконт находится в относительной безопасности (во всяком случае, ничто не угрожает его жизни), Георг отбросил щит и пошел на сближение с лучниками. Выписывая зигзаги, уходя в кувырки, он всеми способами старался сбить прицел стрелкам, и это ему вполне удавалось.
Горцы успели пустить лишь по одной стреле, один особо ушлый умудрился сделать это дважды, когда наемник очутился в непосредственной близости и с ходу рубанул того, что оказался поблизости. Треск располосованной плотной кожи доспеха, хруст прорубаемой грудины, сдавленный крик, перешедший в хрип, – и горец валится в сторону.
Двое тут же ринулись в атаку, отбросив луки и вооружившись изогнутыми мечами, едва успев перекинуть изза спины щиты. Слаженно так ринулись, сразу видно – биться вместе им не впервой. Третий резво отбежал в сторону и тут же наложил стрелу, приготовившись улучить момент, чтобы всадить оперенную смерть в оказавшегося столь ловким противника. Очевидно, быстрота, с которой наемник расправился с их товарищем, произвела должное впечатление и на легкую победу они уже не рассчитывали.
Дальше все происходило еще более стремительно. Один из противников едва успел упасть на траву, пуская кровавые пузыри. Джим гонял своих подопечных всерьез, так что им приходилось отрабатывать навыки боя
