заполненную народом, я огляделась и отыскала себе местечко на одном из центральных рядов, около стенки. Такое незаметное и удобное для наблюдения. Хорошо все видно и внимания преподавателя не привлекаешь.
Практически сразу после того как я разместилась, в аудиторию вошел Гарнер.
Пройдя быстрым пружинистым шагом к кафедре, он развернулся, оперся о стол и осмотрел присутствующих. Взгляд его задержался на мне и на всех, кто позавчера вошел в тройки. Наш куратор.
— Доброе утро. Сейчас вы присутствуете в самой большой аудитории Академии. Здесь я проведу вводную лекцию, а после нее кураторы побеседуют со своими подопечными на предмет одаренности. Я своих студентов жду в соседней аудитории. Заходить сначала будут тройки, очередность определите сами.
И инквизитор улыбнулся. Крайне ‘позитивная’ личность.
— Теперь о главном. Начну с того, что здесь присутствует весь поток, который будет разбит на пять групп. Первые два года вы обучаетесь все по общей нагрузке, потом будет год практики и снова два года обучения, уже по специальности.
Ничего себе практика! Это что же мы год будем делать?
— После обучения по профессии вы будете снова направлены на практику, но на этот раз по специализации. Она будет длиться один год. Вопросы?
Один, по виду довольно богатый, молодой человек, с торчащей из-под мантии ярко красной рубашкой, поднял руку. Гарнер кивком разрешил спросить.
— Скажите, а как распределяются специальности?
Хороший вопрос, меня он тоже интересовал.
Инквизитор внимательно посмотрел на говорившего и, чуть сощурившись, вкрадчиво начал:
— Это выбор студента, но, пожалуй, я кое-что поясню.
Ого! Хорошо, что данную тему затронула не я. Видимо, это наболевший вопрос.
— К преподавателям по правилам Академии нужно обращаться только с приставкой ‘лер’ или ‘лера’. Правила нашего учебного учреждения незыблемы и выдавались вам при получении литературы в библиотеке. Если студент нарушит их…
Нет- нет, только не наряды… Пожалуйста!
— То будет потом долго трудиться на благо Академии. На кухне, например. Это понятно?
Черт! Все-таки наряды…
В аудитории стояла тишина. Все прониклись словами преподавателя.
— Вот и хорошо. Теперь поговорим о теме, по которой был задан вопрос. Тут для вас снова прекрасные новости. Академия ? независимое учебное заведение, располагающееся в Объединенных землях. Поэтому предупрежу сразу: на него не смогут повлиять ничьи влиятельные родственники, звон монет, принуждение или другие, не менее эффектные методы убеждения по любым вопросам. Конечно, мы идем навстречу власть имущим, но во внутренний распорядок Академии они не вмешиваются. Поэтому попасть на выбранную вами специальность, кроме вас самих, вам никто не поможет. Во всех вас, наших студентах, есть потенциал, иначе бы вас здесь не было, и только от вас зависит, сумеете ли вы его раскрыть. В случае если ваши баллы будут удовлетворительными для прохождения по выбранной специальности, вы будете приняты, если нет ? придется выбрать другую. Еще вопросы?
Так как студенты пока переваривали полученные сведения, я подняла руку.
— Да?
— А что если баллов не хватит для прохождения на любую специальность?
— Плохой вопрос, — остро взглянул на меня Гарнер. — Значит, сделайте так, чтобы хватило. В противном случае в конце второго года вы будете отчислены.
Мне стало не по себе. А что если…
— Кстати, в случае с тройками, — продолжил Гарнер, — это означает отчисление всех троих.
Услышав подобную информацию, я чуть не подскочила на своем месте. Это значит, я завишу от двоих неизвестных мне мужчин?! А что если они дебилы?! Получается, меня выкинут на улицу!
Я снова вскинула руку, и Гарнер, улыбаясь, кивнул, разрешая задать вопрос.
— Можно ли разбить тройку?
— Я знал, что вы это спросите. Нет, разбить тройку нельзя. Теперь вы связаны на всю жизнь.
Посмотрев на двух молодых людей, сидящих недалеко от меня, я встретила их полные ужаса взгляды.
Верните меня назад!
***
Я мрачно шагала по коридору взад-вперед перед кабинетом. Два моих… не знаю даже, как их назвать… В общем, две мужские особи в данный момент сидели на лавочке, как и остальные тройки. Одногруппники толпились вокруг нас. Все шептались, переговаривались, видимо обсуждая предположения относительно своих способностей. И только тройки были не веселы.
Все остальные ‘счастливчики’ были объединены согласно половому признаку, и только у нас тройка оказалась смешенная. Теперь мои собратья по несчастью сидели напротив меня и мрачно взирали снизу вверх на мои метания.
С того момента, как окончилась наша лекция,
