выходить только с моего разрешения. Как война закончится я вас отпущу. Вопросы?
— Часть из нас хотела бы уйти и не возвращаться в Занкидар. — Он смотрел на меня взглядом полной надежды
— Ты знаешь место где сможешь от них спрятаться, — показал я глазами на лежащую безучастно ведьму. Тот только молча кивнул головой.
— Хорошо, — сказал я и подумал баба с возу кобыле легче. — Назначь за себя старшего и уходите с оружием. Окажитесь в поле моего зрения и пожалеете, что не вернулись в свой Занкидар.
Черный поклонился и повернулся к воинам. Кто уходит со мной три шага вперед. К моему удивлению вышло больше половины, значит мужиков не до конца согнули феминистки. Они повернулись и зашагали прочь. Передо мной стоял уже другой пожилой воин и представился: — младший стратег Дзирд Воэрдан.
— Воэрдан, пошли гонцов в обоз, пусть получат провиант для солдат и возвращайтесь обратно в яму. Тот молча кивнул и скомандовал: — Всем на право! Двинулись! Я смотрел им вслед удивляясь их покорности, потом сказал своей пленнице, хватит лежать пошли в баньку, помоемся и будем праздновать.
Действительно путешествовать по пыльным дорогам, не очень приятно, хотя уже и привычно, я мог очиститься сам, но вот моя рабыня нет и повалявшись на земле сильно измазалась. Рядом стоял хирдман и с опаской смотрел на грессу, они то уж имели дело с такими и знали на что они способны. Гномы собирали доспехи и оружие и таскали на возы. — Знатные трофеи, — довольно улыбаясь проговорил, наш командир. Я посмотрел на него и также улыбаясь, ответил. — Девок не обделите я обещал их отцам, что они тоже с добычей вернуться.
— Там в обозе, остались личные вещи гресс, смеясь в густую бороду, сообщил он мне, им хватит. А баньку затопим гленд, сказал он мне. А я удивленно посмотрел на на хирдмана, он признал меня равным. Я огляделся по сторонам, что земля перевернулась? Нет все было по прежнему, передо мной была огромная яма, у ног гресса, а гномы таскали брошенные трофеи.
В лагере меня встретила маленькая мегера, она держала в руках топор и с прищуром смотрела на меня, на пленницу она даже бровью не повела. — Отдай мне ее, — заявила глазастая, имени которой я даже не знал, — я отрублю ей голову. Вот как! Не много ни мало отрублю голову Ну вот дай бабе чуть надежды и немного воли, она уже и топор в руки берет. Я наложил оцепенение, отобрал топор и сказал: — будешь баловаться, к отцу отошлю. Это мой боевой трофей и ты пойдешь помоешь ее в бане, поняла кроха! Или тут же отправишься домой, а от туда в глубинные тропы. Я применил самое мощное психологическое оружие против нее, предложив ей выбор, или настаивать на своем и прямиком прогуляться на местную каторгу, или подчиниться мне и продолжать радоваться жизни дальше. Веками заложенная установка покорности сработала. Девушка испугалась и затараторила, — я все сделаю господин и прямо вырвала у меня поводок из рук.
— Да, и не вздумай снять ошейник, или сварить ее в кипятке, — предупредил я. А теперь марш в баню замарашка.
— Праздновали мы без размаха, первый советник пришел в себя и умотал проводить ревизию обоза, девочки не пели, они в своих палатках копались в вещах гресс думаю они для себя могли найти много интересного. Мы гуляли в чисто мужском коллективе. Грендар повеселел, — теперь меня точно не повесят! — сказал он мне и налил пивную кружку настойки. Поднял ее и выпил. — Друг, — продолжил он, когда закусил огурчиком.
— У Его Величества, часто своих мыслей нет, что советники посоветуют, то он может и решить. Будь осторожен в словах при аудиенции. Я конечно тем советникам, которые мне не враждебны, заплачу, но другие кланы заплатят своим прикормленным советникам, чтобы тебе сделать худо. Надо сделать так чтобы король увидел твою полезность, — разоткровенничался Грендар.
— Давай купим короля, — предложил я свое решение, — так будет проще.
— Ты что! Короля не купить! — возмутился он.
— Все продаются, — уверено заявил я, — только сумма разная. Что его величество любит?
Глендар задумался, потом смеясь, посмотрел не меня. — Больше всего Его Величество любит девок.
— А если мы ему нашу грессу подарим? — предложил я. А что? Введу нужные установки, заблокирую агрессию и сотру часть памяти, начал мысленно планировать я. Но Грендар обрубил мою идею на корню. — Мы и близко не подходим к ведьмам. За такое предложение тебя сошлют в глубинные тропы, а меня точно повесят.
Не вышло, огорчился я, но что-то с Ильриданой надо делать, у меня вышло по пословице хотел как лучше, а вышло как всегда и теперь она стала моей головной болью, — «Казнить нельзя помиловать». Где поставить запятую? Умом я понимал, что проще ее убить, — нет существа, нет проблемы. Но перешагнуть через себя я не
