Зло явилось в страну, которая некогда поклялась «жить по закону Божьему и людскому», но стала жить — по закону жадности и ненависти.Зло явилось во облике человеческом — во облике Человека Многоликого. Человека, точно знающего, КАК воздействовать на каждого из встреченных им на страшном его Пути.Ибо темная бездна ненависти, зависти и вожделения — есть душа человеческая. Душа всякого — кроме Того, кого ищет Многоликий. Кроме — ребенка, имя которому — Свон.Погибнет Свон — и не остановить уже грядущий Кошмар.Кто встанет на смертном пути Тьмы?..
Авторы: Маккаммон Роберт Рик
прекратили спорить и посмотрели на нее. Пол Торсон взглянул на свои часы, тяжело вздохнув.
— Хорошо, — сказал он. — Один раз, только один раз, мы сделаем это раньше.
Он поднял руку, чтобы остановить возражение женщины.
— Мы сделаем это только на один час двадцать минут раньше. Это не так много.
— Нет! — почти зарычала Мона.
Ее муж успокаивающе положил руки ей на плечи.
— Это может разрушить все!
— Тогда давайте голосовать, — предложил Пол. — У нас еще демократия, да? Кто за то, чтобы сделать это раньше, прошу голосовать.
Тотчас же старичок крикнул:
— Да!
Стив Бьюканан поднял большой палец в воздухе. Рамзи молчали. Пол подождал, слушая завывания волков и Сестра поняла, о чем он думает. Потом он тихо сказал:
— Да. Большинство «за».
— Как насчет их? — Мона показала на Сестру и Арти. — Они не будут голосовать?
— Черт, нет! — сказал Стив. — Они новенькие. Они не могут еще голосовать.
— Большинство «за», — повторил Пол строго, уставившись на Мону. — Одним часом и двадцатью минутами раньше — большой разницы нет.
— Есть, — ответила она, и голос ее дрогнул.
Она начала рыдать, в это время муж держал ее за плечи и пытался успокоить.
— Это все разрушит! Я знаю, да!
— Вы оба пойдете со мной, — сказал Пол Сестре и Арти и показал в сторону второй комнаты.
В комнате стояла крепкая и широкая кровать с покрывалом, было несколько полок с папками и книгами в бумажных обложках, стол и стул. На столе стояла потрепанная старая пишущая машинка «Ройал» с заправленным в нее листом тонкой бумаги. Скомканные листы бумаги были разбросаны по всей комнате, вокруг переполненного мусорного ведра. Пепельница была полна спичками и табачным пеплом, высыпанным в нее из черной курительной трубки. Пара свечей стояли в подставках на маленьком столе у кровати, а из окна открывался вид на зараженное озеро.
Но за окном они обнаружили еще кое-что. Там, припаркованный за хижиной, стоял старый пикап «Форд» с чешуйками защитного цвета по бокам. Маленькие красные точки ржавчины начинали проедать металл.
— У вас есть грузовик? — сказала Сестра возбужденно. — Боже мой! Мы можем выбраться отсюда!
Пол взглянул на грузовик и пожал плечами.
— Забудьте об этом, леди.
— Что? Что вы понимаете под «забыть это»? У вас есть грузовик! Мы можем добраться до цивилизации!
Он взял свою трубку и запустил палец в нее, ковыряя угольный осадок.
— Да? И где же она сейчас есть?
— Где-то там! Вдоль М 80!
— А как далеко, по вашему мнению? Две мили? Пять? Десять? А может, пятьдесят?
Он отложил трубку в сторону и посмотрел на нее, затем задернул зеленую занавеску, закрывающую комнату от всего остального.
— Забудьте это, — повторил он. — В этом грузовике наберется от силы чайная ложка горючего, тормоза отказывают, и не сомневаюсь, даже сломаются.
— Но…
Она взглянула снова на машину, потом на Арти, и наконец на Пола Торсона. — У вас есть грузовик, — сказала она, и услышала свое хныканье.
— А у волков есть зубы, — ответил он. — Очень даже острые. Вы хотите, чтобы эти люди узнали, что это такое? Вы хотите погрузить их в грузовик и отправиться в удивительное путешествие через Пенсильванию с чайной ложкой горючего в баке? Конечно же. Если сломаемся — нет проблем, вызовем буксир. Затем найдем бензоколонку, а по дороге будем использовать наши кредитные карточки.
Он замолчал на время, и затем покачал головой.
— Пожалуйста, не мучайте себя. Забудьте об этом.
Сестра слышала как завывали снаружи волки, голоса их летели через леса и замерзшее озеро, и она опасалась, что все это действительно правда.
— Я позвал вас сюда не затем, чтобы разговаривать о плохом грузовике.
Он наклонился и вытащил из-под кровати старый деревянный сундук.
— Вы, кажется, не перестали еще играть в игрушки, — сказал он. — Я не знаю, через что вы прошли, но те люди, в той комнате, висели на волоске.
Сундук был заперт большим навесным замком. Он выудил ключ из кармана джинсов и открыл замок.
Мы играем здесь в небольшую игру. Возможно, это не очень хорошая игра, но я считаю, что она удерживает их от того, чтобы уйти отсюда. Это — что-то вроде прогулки к почтовому ящику каждый день, если вы ожидаете любовное письмо или чек.
Он открыл крышку сундука.
Внутри, проложенные газетами и тряпьем, стояли три бутылки виски «Джонни Уокер» «Рэд Лэйбл», револьвер калибра 9 мм, коробка или две патронов, несколько выглядевших заплесневелыми рукописей, обтянутые резиночками, и другие предметы, завернутые в пластик. Он начал что-то разворачивать.
— Это чертовски смешно. В самом деле, —
