Зло явилось в страну, которая некогда поклялась «жить по закону Божьему и людскому», но стала жить — по закону жадности и ненависти.Зло явилось во облике человеческом — во облике Человека Многоликого. Человека, точно знающего, КАК воздействовать на каждого из встреченных им на страшном его Пути.Ибо темная бездна ненависти, зависти и вожделения — есть душа человеческая. Душа всякого — кроме Того, кого ищет Многоликий. Кроме — ребенка, имя которому — Свон.Погибнет Свон — и не остановить уже грядущий Кошмар.Кто встанет на смертном пути Тьмы?..
Авторы: Маккаммон Роберт Рик
где лежит Пирожковый Обжора, и стола, на котором разложены предсказывающие судьбу карты, — тоже реальные места? Нет! Конечно, нет! Я была сумасшедшей, но теперь я не сумасшедшая, думала она. Это все воображение, обрывки фантазий, которые создаются в ее сознании свечением стеклянного кольца.
Отдай его мне, сказало нечто, замаскированное в Дойла Хэлланда, в той кровавой комнате в Нью-Джерси. Отдай его мне.
Оно находится именно у меня, — думала Сестра, — из всех возможных людей. Почему именно я?
Она сама ответила на свой же вопрос: потому что когда я хочу добиться чего-то, даже сам дьявол не сможет помешать мне, вот почему.
— Мы едем в Детройт! — сказал Арти. Он улыбался, глаза его блестели от жара. — Как ты думаешь, когда примерно я буду дома?
— С тобой все будет в порядке. — Она взяла его руку. Ладонь была влажной и горячей. — Мы найдем для тебя какое-нибудь лекарство.
— О, она в меня так безумно влюблена! — продолжал он. — Я собирался позвать ее той ночью. Я вышел с мальчиками. Собирался позвать ее. Пусть она идет.
— Нет. Все хорошо. Просто успокойся и…
Мона Рамзи завизжала.
Сестра подняла взгляд. Желтоглазый волк размером с добермана вспрыгнул на задний бампер и пытался перебраться с него в кузов. Звериные челюсти злобно щелкали в воздухе. У Сестры не было времени целиться или стрелять; она просто ударила тварь по черепу стволом винтовки, волк завизжал и упал на шоссе. Он убежал в лес прежде, чем Сестра положила палец на спусковой крючок. Четверо остальных, следовавших за грузовиком как тени, рассеялись в поисках укрытия.
Мона Рамзи что-то истерически лепетала.
— Тише! — потребовала Сестра. Молодая женщина перестала бормотать и изумленно посмотрела на нее. — Ты заставляешь меня нервничать, дорогая, — сказала Сестра. — А я становлюсь очень раздраженной, когда нервничаю.
Пикап съехал на заледенелую часть дороги, его правая сторона заскрежетала по обломкам нагромождения из шести машин, прежде чем Пол смог восстановить управление. Он объезжал сейчас обломки какого-то крупного крушения, но и впереди шоссе по-прежнему было кладбищем автомобилей. Множество животных прятались по краям дороги, глядя, как проходит громыхающий пикап.
Стрелка шкалы горючего коснулась Е.
— Мы едем на оставшихся в баке парах, — сказал Пол, и мысленно поинтересовался, насколько им хватит «Красного» «Джонни Уокера».
— Эй! Смотри сюда! — указал Стив Бьюканан.
Справа, посреди лишившихся листвы деревьев, была высокая вывеска бензозаправки «Щит». Они описали кривую, и оба увидели станцию «Щит», покинутую, с надписью: «Покайтесь! Ад на земле!» — написанную белой красках на окне. Именно так оно и есть, рассудил Пол, потому что сама заправка была полностью заблокирована искореженным корпусом автобуса и еще двумя смятыми машинами.
— Хорошая обувь! — сказал Арти в грохоте, стоявшем в кузове грузовика. Сестра отвела взгляд от послания — или предостережения — на окнах станции «Щит». — Ничто не может быть лучше, чем пара хороших, удобных башмаков! — он задохнулся и начал кашлять, и Сестра вытерла ему рот кромкой одеяла.
Грузовик-пикап резко дернулся.
Пол почувствовал, как кровь отхлынула от его лица.
— Давай! Ну давай же! — Они только начали подниматься на холм; его вершина была в четверти мили, и если бы они смогли подняться на нее, то по другой стороне могли бы спуститься под уклон. Пол наклонился вперед, на руль, как бы подталкивая грузовик пройти еще немного. Мотор дребезжал и хрипел, и Пол знал, что он вот-вот умрет. Тем не менее колеса продолжали вертеться, и грузовик все еще взбирался на холм. — Давай! — крикнул он, но двигатель судорожно закашлял, зашипел, а потом умер.
Колеса прошли еще около двадцати ярдов, поворачиваясь все медленнее и медленнее, прежде чем грузовик полностью остановился. Потом колеса начали вращаться в обратную сторону.
Пол вдавил педаль тормоза, отжал ручник и переключился на первую скорость. Грузовик замер, не доехав сотни ярдов до вершины холма.
Установилась тишина.
— Итак, мы приехали, — сказал Пол. Стив Бьюканан сидел, держа «Магнум» в одной руке, а другой рукой сжимая горлышко бутылки со скотчем.
— И что теперь?
— Есть три варианта: мы сидим здесь до скончания наших жизней, мы идем обратно к хижине, либо же продолжаем двигаться вперед. — Он взял бутылку, выбрался из машины на морозный ветер и откинул задний борт. — Путешествие закончилось, друзья. У нас кончился бензин. — Он бросил острый взгляд на Сестру. — Вы удовлетворены, леди?
— У нас еще есть ноги.
— Да. И у них тоже. — Он кивнул на двух волков, стоявших у кромки леса и пристально
