Зло явилось в страну, которая некогда поклялась «жить по закону Божьему и людскому», но стала жить — по закону жадности и ненависти.Зло явилось во облике человеческом — во облике Человека Многоликого. Человека, точно знающего, КАК воздействовать на каждого из встреченных им на страшном его Пути.Ибо темная бездна ненависти, зависти и вожделения — есть душа человеческая. Душа всякого — кроме Того, кого ищет Многоликий. Кроме — ребенка, имя которому — Свон.Погибнет Свон — и не остановить уже грядущий Кошмар.Кто встанет на смертном пути Тьмы?..
Авторы: Маккаммон Роберт Рик
у огня, который
потрескивал и прыгал, когда ветер врывался в дымоход камина. Почти вся мебель исчезла: была разломана для поддержания огня, пламени, возвращающего тепло жизни. Очень часто они слышали, как шатаются и скрипят стены под аккомпанемент непрерывного воя ветра, и Сестра вздрагивала, думая о том моменте, когда этот хлипкий домишко сломается, рухнет словно картонный, но маленькая развалюха оказалась крепкой и успешно противостояла буре. Они слышали треск ломающихся досок, и Сестра поняла, что это, должно быть, ветер гуляет среди руин других домов и разбрасывает вокруг их обломки. Сестра попросила Дойла Хэлланда позволить им помолиться, но он посмотрел на нее своими горькими глазами и пополз в угол, чтобы выкурить последнюю сигарету и мрачно уставиться на огонь.
Они ничего не ели и у них уже не осталось воды. Бет Фелпс начала кашлять кровью, от жара ее глаза блестели. Когда огонь угасал, тело Бет становилось горячее, и все остальные садились к ней поближе, чтобы погреться.
Бет положила голову на плечо Сестры. — Сестра? — позвала она тихим, взволнованным голосом. — Можно я…
Можно я…
Подержу это?
Сестра знала, что она имела в виду. Стеклянную вещицу. Она вытащила ее из сумки, и драгоценность засверкала спокойным оранжевым светом. Сестра смотрела на нее несколько секунд, вспоминая свою воображаемую прогулку через пустынное поле с разбросанным и обгоревшими стеблями кукурузы. Это казалось таким реальным! Что же, интересно, это за штука? Почему она оказалась именно у меня? Она положила стеклянное кольцо в руки Бет. Остальные наблюдали за этим, отражение свечения драгоценности промелькнуло по их лицам, словно бы отблески радуги из далекого рая.
Бет прижала его к себе. Она уставилась в кольцо и прошептала. — Я хочу жить. Я очень, очень хочу жить. — Затем она замолчала, только держала кольцо, уставившись на кольцо, пульсирующее нежным свечением.
— Совсем не осталось воды. Мне очень жаль, — ответила Сестра.
Бет не ответила. Буря заставила дом несколько секунд трястись. Сестра почувствовала, что кто-то буравит ее глазами, и подняла взгляд на Дойла Хэлланда. Он сидел в нескольких шагах от нее, ноги его были вытянуты к огню, и из-за бедер виднелось мерцание горящих щепок.
— Рано или поздно это все закончиться, — сказала ему Сестра. — Вы когда-нибудь слышали о гангрене?
— Это мне не грозит, — сказал он, и его внимание переключилось на кольцо.
— О, — прошептала Бет мечтательно. Она задрожала и сказала: — Вы видели это? Это было здесь. Вы видели?
— Видели что? — спросил Арти.
— Поток воды, текущий через мои пальцы. Я хотела пить, и я напилась. Разве никто больше не видел этого?
У нее началась лихорадка, подумала Сестра. Или, может…
Может быть, она тоже совершила прогулку во сне.
— Я окунула свои руки, — продолжала Бет. — Это было так прохладно. Так прохладно. О, внутри этой стекляшки чудесный мир…
— О Господи! — неожиданно сказал Арти. — Послушайте. Я…
Я ничего не говорил раньше, потому что думал, что это мерещится мне. Но… — Он обвел взглядом всех и наконец остановился на Сестре. — Я хочу рассказать вам о том, что я видел, когда смотрел в эту вещицу. — Он рассказал им о пикнике со своей женой. — Это было страшно! Я имею в виду — это было так реально, что я мог ощущать, что я ел, даже после того, как вернулся оттуда. Мой желудок был полон, и я не был больше голоден!
Сестра кивала, внимательно слушая. — Да, — сказала она. — Теперь я расскажу, куда я попала, когда смотрела в кольцо. — Когда она закончила свой рассказ, все молчали. Джулия Кастильо смотрела на Сестру, склонив голову набок; она не могла понять ни слова из того, что было сказано, но она видела, что все смотрят на стекляшку, и знала что они обсуждают.
— То, что я испытывала, тоже казалось необычно реальным, — продолжала Сестра. Я не знаю, что это значит. Вполне возможно, это ничего не значит. Может быть, это всего лишь картинки, приходящие из моего ума. Я не знаю.
— Поток был реальным, — сказала Бет. — Я знаю, что это так. Я могла ощущать его и могла пить воду.
— Та пища наполнила мой живот, — сказал им Арти. — И после этого какое-то время я не испытывал голода. И как насчет того разговора с ней, — он показал на Джулию, — с помощью этой вещицы? Я имею в виду, это ужасно странно, не так ли?
— Оно какое-то особенное. Я чувствую это. Оно дает нам то, в чем мы нуждаемся в данный момент. Может быть, это… — Бет выпрямилась и стала вглядываться в глаза Сестры. Сестра чувствовала, как жар накатывался волнами. — Может быть, это магия. Вид магии, которого до этого не знали. Может быть…
Может быть, свечение, вспышки внутри него создают магию. Что-нибудь,
