Песочные часы перевёрнуты вновь

по всему узкому коридору. Парень, из последних сил, попытался отвести её в сторону, отодвинуться, переполненный поглощающим без остатка животным страхом, но белые глаза на холодном лице лишь недоумённо посмотрели на него, врываясь в душу, и Алрис истратив остатки воздуха в лёгких на короткий жалкий вскрик, потерял сознание.
Когда Алрис открыл глаза, он увидел потолок, окрашенный предрассветными сумерками. Под спиной было мягко, что позволяло сделать вывод о том, что лежит он явно не в коридоре. Глубоко вздохнув, маг повернул голову.
Комод, на котором были расставлены всякие безделушки, купался в розовом свете начинающегося дня, а по стенам бежали длинные тени, выплетающие замысловатый узор. Они дотягивались до самого дальнего мрачного угла комнаты, в котором, скрестив ноги, сидел на стуле правитель Эрисхайна, смотря прямо на своего телохранителя. Алрис вздрогнул.
— Ваше Величество… — чувствуя неприятную сухость во рту, произнёс он, понимая, насколько далеко его игры зашли на этот раз.
— Что ты делал около моего кабинета? – последовал спокойный вопрос, в котором не было совершенно никаких эмоций.
— Я… искал вас, — сглотнув, ответил Алрис. – Я ваш телохранитель, и моя обязанность быть рядом с вами.
«Он не поверит…» — обречённо понял парень, чувствуя, как сжимается всё внутри и как отчаянно колотится сердце, отстукивая последние секунды своей жизни. Кейне, ничего не ответив, встал.
И только сейчас Алрис заметил, насколько просто, совершенно не по-королевски некромант выглядит. Обычные джинсы, какая-то тёмная футболка и распущенные, свободно растекающиеся по плечам и груди красные волосы. Кейне можно было спутать с нормальным парнем, одним из многих тысяч, ведь в скудном освещении комнаты, да ещё и на таком расстоянии, даже разноцветные глаза казались однотонными.
— Быть рядом со мной? – Кейне, подойдя, сел на край кровати, смотря прямо на своего телохранителя. – Так будь, маг из Совельдейма…
Тяжесть чужого тела, навалившаяся раньше, чем Алрис успел это осознать, вызвала непонятную, необъяснимую реакцию: кровь внутри словно вскипела, обдав жаром, и дыхание несмело замерло, будто боясь спугнуть, разрушить это мгновение. Лицо Кейне оказалось совсем рядом, разноцветные глаза теперь различались совершенно отчётливо, манящие и притягивающие без остатка.
«Только не целуй…» — пронеслось в голове у Алриса, но было уже слишком поздно. Вопреки ожиданиям, Кейне был осторожен и нетороплив, он не пытался доказать свою силу, не мучил и не унижал, но в груди было невыносимо больно, так, словно туда вонзили десяток ножей, и Алрис не мог понять этого чувства, которое всё никак не хотело проходить, терзая его и заставляя стискивать пальцами чужие плечи.
«Чёртов некромант…»
— Это будет не так, как в прошлый раз, — раздался тихий шёпот и парень вздрогнул, поняв, о чём говорит Кейне.
Это значит, что всё будет снова, его унижение и боль, и почему-то было совсем не легче, несмотря на то, что во второй раз. Так не должно быть…
Зашуршала ткань снимаемой футболки и Алрис невольно остановил взгляд на сильных мышцах, раньше скрытых от него. Тело Кейне был слишком, просто невероятно хорошо натренировано. Всего восемнадцать: он ведь на три года младше запутавшегося шпиона и при этом выглядит и ведёт себя так, как будто умеет и знает намного больше… хотя, наверное, так оно и есть.
На груди Кейне, в районе сердца, отчётливо выделялся рваный круг шрама. Странно было видеть такую отметку на некроманте: Мастер говорил, что они способны залечивать любые раны. Но этот след… вероятно, у него своя особая история…
Кейне потянул укрывающее Алриса одеяло вниз.
— Ваше Ве…
— По имени, — остановившись, потребовал некромант, смотря прямо в глаза своему магу, а тот лишь зажмурился и замотал головой, понимая, что никогда не сможет произнести вслух такое простое сочетание звуков.
— Только не говори, что не хочешь, — усмехнулся Кейне, когда Алрис попытался удержать его руку, потянувшуюся к ширинке брюк.
И действительно, сопротивляться уже было бесполезно. Тело предавало совершенно безжалостно, тяжелым дыханием и откровенным проявлением желания, а Алрис всё никак не мог понять, почему же так получается. Он реагирует на некроманта слишком остро, совсем не так, как положено было, и даже если предположить, что дело в необычной, такой невероятной внешности, всё равно это не станет объяснением. Что-то не так, должна быть какая-то уловка или особая магия, которой сын Смерти сковывает волю… но ни брошь, ни интуиция мага не могли разрешить эту загадку, упорно продолжая твердить, что