Провести десять дней в тропическом раю… Чем не мечта, особенно, если за окном промозглая русская зима? А теперь представьте: пятизвездочный отель, неземной красоты пляж, и все это ДАРОМ!!! Вот и Ева не смогла бороться с национальной любовью к халяве. Но отдых оказался испорчен практически с самого начала.
Авторы: Шульгина Анна
и сбежала со словами:
— Ой, это по работе!
Правда, убежала она недалеко, затаившись на лестнице и внимательно прислушиваясь к мирной семейной беседе. Сначала там было тихо, только негромко потрескивали дрова в камине. Потом, не выдержав безмолвия, слово взяла представительница старшего поколения.
— Они двойню ждут, что ли? — немного ворчливо отозвалась Ольга Петровна. Её любимое кресло стояло недалеко от окна, от которого немного тянуло сквозняком, и ей пришлось накинуть на плечи пуховую шаль. И теперь бабуля страдала от сознания, что платок не совсем сочетается с её платьем. Такой диссонанс не добавлял женщине хорошего настроения, оттого она уже внутренне предвкушала, как сегодня «оторвется» на Стасе.
— В прошлый раз они нам так сообщали, что живут вместе, — хмыкнула мама, путаясь в нитках. Недавно она увлеклась вязанием, и теперь с энтузиазмом цокала спицами. Первым её шедевром был свитер. Во всяком случае, именно так она это назвала. Супруг, глянув на сие творение, предложил подарить его конкурентам, чтобы те ужаснулись фантазии Натальи Павловны и навсегда зареклись пытаться перехватить контракты.
— Точно-точно, — встрепенулась Ольга Петровна. — Через месяц, после того, как она к нему переехала.
Этот факт особенно оскорбил бабулю. Она, воспитанная на советской идеологии, что в нашей стране секса нет, долго ещё ворчала на Линку и Стаса. Но, исходя из сути претензий, больше всего грандмамА возмущало, что её вовремя не поставили в известность.
— А сегодня признаются, что давно женаты, — спокойная реплика шуршащего газетой отца, заставала Ольгу Петровну подавиться воздухом и мучительно закашляться, а маму закатить глаза и запутаться-таки в количестве лицевых и изнаночных петель. — А что? Давно пора сказать, а то все тянут…
— С чего ты взял? — прохрипела бабуля.
Папа Саша трогательно постучал тещу по довольно-таки мощной спине:
— Если бы кто-то не прогулял торжественное вручение Линкиного диплома, ещё тогда поинтересовались бы, почему он выписан на Матвееву, а не на Сотникову. И вообще, отстаньте вы от них, дети сами разберутся! Мама, вы же запилили Стаса так, что удивительно, как он вас ещё не удавил по случаю.
— Я же защищаю интересы внучки! — возмутилась бабушка, чувствуя себя немного неуютно под укоризненным взглядом зятя.
— Поздно, муж этой самой внучки для неё сделает все, что она ни попросит. Так что оставьте вы их в покое. Лучше вон будущему правнуку пинетки вяжите, — он махнул в сторону безнадежно запутавшейся в пряже жены. — Услышу от вас сегодня хоть слово на эту тему, весной на месте вашего розария выкопаю бассейн, — пообещал он и, не обращая внимания на угрожающее сопение, продолжил сосредоточенно шуршать прессой.
«Ну, сильны вы, папА», — безмолвно восхитилась Ева и собралась уже спускаться вниз, когда у неё действительно зазвонил телефон. Номер вызывавшего абонента был знаком и вызвал тайное желание выбросить мобильник в мусорное ведро. Но Ева сдержалась и ответила.
— И тебе доброго вечера, Витюш. Ну, что ты, конечно, ты меня не отрываешь! Разве же у меня есть другие дела в девять часов вечера, кроме как тебя, сокола ясного, послушать?! — немного глумливо пропела она в трубку. — Ау, ты ещё тут?
— Тут. Все сказала или ещё есть, что поведать? — отозвался начальник. Поскольку знакомы они были уже довольно давно, субординацию блюли только на рабочем месте и то — в присутствии посторонних.
— Ооооо, у меня в твой адрес скопилось много дивных слов, но я их пока приберегу. Чего хотел? — Ева зашла в зимний сад, который имел два преимущества: пол с подогревом, чему девушка, имевшая странную привычку сидеть ближе к земле-матушке, искренне радовалась, и заросли разнообразных растений — за ними можно было спрятаться от бабули, которую только что обломали с идеей устроить торжественное бракосочетания для младшей внучки. А значит, минут через десять, отойдя от потрясения, она пойдет искать Еву с требованием прекратить страдать фигней и бодрой трусцой отправиться в сторону ЗАГСа. То, что сама девушка туда не очень-то и хотела, да и подходящего кандидата рядом тоже не наблюдалось, Ольгу Петровну волновало слабо.
— Ты меня вообще слушаешь? — немного раздраженный голос Виктора отвлек Еву от мыслей о заботливой прародительнице.
— Извини, задумалась, — покаялась она. — Повтори ещё раз.
— Повторяю. Тебе имя Илья Алексеевич Пахомов ничего не говорит?
— Витюш, окстись, я же сегодня с твоей племяшкой и, соответственно, его супругой, разговаривала. Склероз?
— Да не о том я сейчас! — зашипел начальник, чем, признаться, удивил Еву — вывести из себя его было достаточно трудно.
