Песок, оазис, два верблюда

— риторически возмутился Романовский, зная, что Невзорова, в отличие от горбатого, не исправит даже могила.
   — Мне так удобнее, — так же заученно ответил друг, продолжая шелестеть макулатурой. Денис только покачал головой, но поторапливать не стал. Если есть что-то, что когда-то с кем-то происходило, Ярик это раскопает. Не зря же именно он отвечал за сбор и анализ информации. — Так, есть. По идее, кроме твоего брата, на неё может окрыситься человек пять. Но двое из них сейчас сидят, поэтому остается три потенциальных врага.
   — А сидят за что? — насторожился Романовский. Не хватало только, чтобы именно его девушка помогла им отбыть на какой-нибудь лесоповал.
   — Если тебя совсем любопытство заело, то узнаю, но не прямо сейчас, — отмахнулся Ярослав. — Итого, в остатке имеем некоего Соловьева…
   — Давай сразу, за что он может ей мстить, чтобы потом к нему не возвращаться.
   — Месяц назад его лишили родительских прав. Адвокатом уже бывшей жены была Агеева, она же представляла интересы несовершеннолетних детей. Кстати, её подзащитная проходила реабилитацию в центре «Надежда».
   — Там же, если не ошибаюсь, жертвами домашнего насилия занимаются? — несмотря на довольно прохладный воздух в салоне, Денис почувствовал легкое удушье. Почему-то раньше он не задумывался, что Ева впервые там оказалась не как консультант, а как… — Ты не узнал, когда и при каких обстоятельствах она познакомилась с Ирмской?
   — Блин, стыдно признать, но тут облом, — по голосу Ярослава было слышно, что он и сам не в восторге от такой новости. — О том, что Агеева на общественных началах дает консультации пациентам, и так известно, а вот что она дружна с хозяйкой центра — никто не слышал. И это наводит на не хорошие мысли.
   — Брось это. Больше не спрашивай, — Денис побарабанил пальцами по обтянутому кожей пассажирскому сиденью и перебросил телефон в другую руку. — Если они отношения не афишируют, значит, так надо. Про сам центр что-нибудь узнал?
   — Да. Вот тут инфы дофига.
   — Об этом потом, лучше мне на электронку брось, сам посмотрю. Давай ещё кандидатов в покойники.
   — Суров ты, начальник-батюшка, — пробубнил Ярослав, вновь закапываясь в записи. — Второй — Пахомов И. А.
   — И что по этому Иа есть?
   — Ты моего любимого героя из «Винни Пуха» не склоняй! Есть и немало. Но что-то мне сомнительно, чтобы он её запугивал. Если учесть, чего мужик может лишиться при разводе, ему было бы проще жену удавить. Но пока его тоже со счетов не сбрасываем, мало ли, может, решил на старость лет заделаться кровавым маньяком…
   — Ты меня успокоил. А теперь давай третьего. Кому она ещё по больному прошла, в стремлении к справедливости?
   — А вот последний кандидат не из рабочего списка, а из личного. Агеев Дмитрий Игоревич.
   — Подожди, это же…
   — Да. Её бывший муж. Появился в городе пару недель назад. До этого несколько лет жил в Питере.
   Денис вышел из машины, подставляя лицо мелкой мороси оседающей на коже водяной пылью.
   — Они сколько в разводе? Лет пять? Поздновато для мести.
   — Не пять, а почти семь. Ну, если верить слухам, она его тогда опустила ниже плинтуса, да ещё и отсудила все, что можно и нельзя, так что мотив есть. Агееву пришлось из города уехать, потому что после такого особо роскошная карьера ему не грозила, а довольствоваться малым он не хотел.
   — Весело, — мужчина устало привалился к капоту машине, не особо заботясь о чистоте одежды. — Ты сейчас где?
   — Меня твой брат пустил в кабинет, временно перекантоваться. А то от тебя нормальных условий труда не дождешься.
   — Да, хорошо, что напомнил, ты кого послал за Евой присматривать?
   — Понятия не имею, мне начальник Лехиной СБ сказал, что нормальные ребята. А что такое?
   — Меня их «объект», который охрану не должен видеть и слышать, попросила не мучить мальчиков и отпускать хотя бы поесть. И это профессионалы?!
   — Не девушка, а система «антишпион», — хохотнул вечно неунывающий Ярик. — Может, к нам переманишь? И под боком будет, и пользу принести может…
   Денису уже приходил в голову такая мысль, но он точно знал, что ему на это предложение ответят и куда именно предложат пройти.
   — Ты вообще чего к ней прицепился? Интересы брата блюдешь, или уже затянуло по самое дальше некуда? — голос друга отвлек его от размышлений, как сделать так, чтобы она начала хоть немного ему доверять.
   — Сам не пойму, — признался Романовский, садясь за руль внедорожника. — Сейчас подъеду, покажешь все выкладки по «Надежде».
   — А куда ж я денусь…
   Как ни странно, но, проснувшись, Ева почувствовала себя значительно лучше. То ли дело было действительно в акклиматизации,